из нашего архива
Дети
Бог испытывающий
Приближение к берегу
Достаточно одного
Христианин и родина
Что служит миру твоему!?
|
 |
 ЛИТЕРАТУРНАЯ СТРАНИЦА
В ПАСХАЛЬНОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ
К Пасхе 1953 года верующие N-ского красноярского лагеря готовились с особенной радостью: в малый десятый барак на воскресные собрания к «сектантам» стал приходить прибывший недавно по этапу, но посаженный ещё до войны православный священник – отец Герман. За ним потянулись другие зэки, тоскующие по христианскому общению.
Вся небольшая община, включавшая в себя теперь около двенадцати человек, сразу же условилась не касаться вопросов, разделяющих верующих на разные группы, оставив богословские споры до лучших времён. На всех у них было одно Евангелие, разорванное по страничкам на случай обыска.
Провести утреннее пасхальное богослужение поручили отцу Герману; для причастия ещё с вечера приготовили кусочек чёрного хлеба, из зэковской пайки, и кружку чая, вместо чаши с вином. Проповедь должен был сказать также баптистский благовестник Савелий Дубинин.
Однако начальство лагеря, в последнее время смотревшее сквозь пальцы на собрания «божников», на этот раз приготовило им неприятный сюрприз.
Утром, в воскресенье, вместе с первым ударом в рельс у штабного барака, на весь лагерь было объявлено, что день будет рабочим. План, дескать, до конца не выполняется, дело нужно поправлять, а потому марш на «воскресник», на общие работы, на лесоповал! И никому никаких поблажек!
Сам начальник лагеря, майор Зубов, в начищенных до блеска сапогах, в тёплой шинели, ладно сидевшей на его широкой и сильной фигуре, в сопровождении двух своих любимых немецких овчарок на длинных поводках, прохаживался между бараками и мрачно наблюдал за неспешным построением на развод. Заключённые нехотя слезали с нар, и, хотя всеобщее недовольство было налицо, бунта в лагере ничто не предвещало: и не такое видели и терпели зэки...
Сразу же после подъёма несколько братьев собрались вместе и задали вопрос Савелию (его лагерный номер был Д-184) и Герману (С-522), как быть. Лица у пастырей были встревоженные, о чём-то они уже успели переговорить между собой.
– Поступайте, как... вам велит сердце, – с трудом подбирая слова, сказал Савелий, – а мы с Германом идём на пасхальное служение!
Когда всё население лагеря, наконец, выстроилось на развод, чтобы шагать в лес по своим делянкам, в малом десятом бараке сошлись пятеро заключённых для празднования Пасхи.
– Пять отказчиков в десятом! – тут же донесли Зубову.
– Ах, вот как! – начальник лагеря недобро усмехнулся. – Отправляйте мужиков на работу, а с недовольными я разберусь сам...
Спустя пятнадцать минут, майор Зубов с собаками и трое вызванных им караульных с автоматами вошли в «мятежный» десятый барак. Из дальнего угла доносились слова древнего песнопения:
Христос воскресе из мёртвых,
Смертию смерть попрал
И сущим во гробах живот даровал...
– Так это наши смиренные божники бузят! – громко и презрительно оборвал поющих Зубов. – Про какой-то «живот» распевают, когда все лес валят... А ну, выходи во двор строиться!
Пятеро заключённых послушно вышли из барака. Через широкие лагерные ворота проходила последняя колонна идущих под конвоем на работу зэков. Всходило солнце, стояло чудесное Пасхальное утро.
– Вы знаете, что я рассусоливать не люблю: кто идёт на работу – отходи налево, кто не желает работать – направо, к стенке!
Солдаты для большей убедительности слов начальника лагеря передёрнули затворы автоматов. Один из братьев, опустив голову и молясь про себя, тут же отошёл налево. Остальные стояли не шелохнувшись.
– Направо, к стенке, я сказал! – заорал Зубов.
Овчарки, услышав интонацию хозяина, злобно залаяли. Он их ласково потрепал за загривки. Оставшиеся четверо братьев встали у бревенчатой стены барака.
– Ты, поп, – Зубов указал пальцем на отца Германа, и три автомата одновременно развернулись в его сторону, – пойдёшь работать?
– Нет.
– Ты? – палец вместе с автоматами переместился на молодого брата Василия.
По лицу юноши было видно, что он колеблется. Тогда Зубов достал свой пистолет и приставил его к виску отказчика.
– Будешь работать?
– Да! – не выдержал Василий и отбежал в сторону.
– Хорошо... – лицо начальника лагеря просияло. – Кому ещё синод разрешает работать на Пасху? Как насчёт тебя, Ф-319 ? – он ткнул пистолетом в грудь третьего брата.
Тот молча отошёл к двум испугавшимся прежде него друзьям.
– И остался у нас ещё пресвитер; так, кажется? – четыре ствола посмотрели чёрными отверстиями на Савелия.
– Нет, я не буду сегодня работать, – тихо, но решительно ответил он.
– Итак, было у нас пятеро отказчиков, а теперь только двое, на весь лагерь! – подвёл итог Зубов. – Передумавшие сейчас пойдут с конвоиром на делянку, там их ожидает честный трудовой день вместе со всеми, а этих двух лентяев нам придётся сегодня хоронить...
Начальник лагеря кивнул головой одному из автоматчиков и тот повёл, посмеиваясь, троих братьев в лес, на самую тяжёлую и унизительную работу.
Зубов в упор смотрел на оставшихся убеждённых отказчиков, и его гнев стремительно разгорался с новой силой. Ах, с каким бы удовольствием он сейчас пристрелил этих Д-184 и С-522! Двумя безликими номерами стало бы меньше, невелика потеря. Но Сталин уже умер... Старый мир, в котором майор Зубов всегда столь явственно чувствовал свою необходимость и значимость, начинал рушиться на глазах. Уже многие выдвиженцы Хозяина потеряли свои места, уже пошли слухи о скорой массовой амнистии заключённых в стране, а новая секретная инструкция строго предупреждала против самовольных расстрелов в лагерях. И что он теперь может сделать этим религиозным фанатикам – всего-то отправить в БУР (Барак усиленного режима, лагерный штрафной изолятор)? Но вкусивший крови волк уже не станет вегетарианцем...
Зубов испытующе посмотрел на своих овчарок, красавиц Весту и Стелу, сильных, послушных ему. Ведь могли же они сами сорваться с поводка? Такое иногда случается... Отказчики, скажем, выбегали из десятого барака, пытаясь скрыться, он в это время разговаривал с караульными о необходимости закрытия упорствующих заключённых в БУРе. Тут овчарки неожиданно сорвались с поводка, и, пока к ним подбегали, всё уже было кончено... Такой вот несчастный случай!..
Зубов оглянулся по сторонам и нежно улыбнулся караульным: он знал этих солдат давно, они лишнего не скажут. «А ну, заглянем за барак!» – загадочным голосом сказал он заключённым и охране. Все вместе прошли на мрачный задний двор. Сюда ещё не проникли лучи солнца и потому здесь было довольно сумрачно и холодно. Вдоль барака тянулись ряды старой колючей проволоки. Начальник лагеря вновь распорядился Савелию и Герману встать к стене. Те, готовясь к расстрелу, принялись молиться. Они твёрдо решили исполнить Божью заповедь и святить Пасхальный день до конца. «Воскресивший Господа Иисуса воскресит и нас!..» (2 Кор. 4:14) – по памяти процитировал Савелий слова апостола и протянул руку отцу Герману.
«Взять!» – в ту же секунду ожесточённо выкрикнул Зубов. Наученные по этой команде перегрызать горло, Веста и Стела, грозно зарычав, бросились на христиан. Измождённые тяжёлым трудом и недоеданием тела заключённых, казалось, были для них лёгкой добычей. Однако в два прыжка достигнув своих жертв, овчарки вдруг почему-то остановились, закружились на одном месте, скуля, а ещё через мгновение вдруг завиляли хвостами и мирно улеглись у ног братьев.
– Ты молился об этом? – открыв глаза, удивлённо спросил Савелий.
– Велик Господь! – ответил ему Герман. – Готовься, сейчас будут стрелять!
Вскоре, действительно, раздались выстрелы – разъярённый Зубов стрелял в своих любимых собак, никогда прежде его не подводивших. Те с безразличием приняли пули, которые их хозяин мысленно посылал в непокорных христиан...
Остаток святого дня (и ближайшую неделю) Савелий с Германом провели в БУРе, на хлебе и воде, без горячей пищи. Но разве это могло уже сколько-нибудь омрачить их великую радость, проистекавшую от реального Божьего присутствия с ними!
Христос воскресе из мёртвых,
Смертию смерть попрал
И сущим во гробах живот даровал...
Константин Прохоров
КОМУ НУЖЕН РАЗБИТЫЙ СОСУД?
Один разносчик воды в Индии имел два больших сосуда, которые висели по обе стороны коромысла, которое носят на плечах. Один сосуд имел в себе трещину, а другой был целым и всегда доставлял полный объем воды после долгой дороги от источника к дому господина. Сосуд с трещиной доставлял только половину своего объема.
На протяжении целых двух лет разносчик ежедневно, по нескольку раз, доставлял по полтора сосуда воды в дом своего господина. Конечно, совершенный сосуд гордился своими достижениями.
Однако бедный разбитый сосуд стыдился своим несовершенством и чувствовал себя жалким, так как мог принести только половину того, для чего был предназначен. Прошло два года, и разбитый сосуд весьма загоревал по причине своих неудач. И вот однажды он решил обратиться к разносчику возле источника воды.
– Мне очень стыдно, и я хочу извиниться перед тобой, – сказал он.
– Почему? – спросил разносчик воды. – Чего ты стыдишься?
– Дело в том, что за последние два года я мог доставлять только половину воды, потому что из моей трещины вытекает вода каждый раз, когда ты возвращаешься в дом своего господина. И так как я протекаю, тебе приходится чаще ходить за водой, и ты не получаешь полного вознаграждения за свое старание, – сказал сосуд.
Разносчику воды стало жаль старого разбитого сосуда. И, чтобы его немного утешить, он сказал:
– Когда мы будем возвращаться в дом господина, я хочу, чтобы ты наблюдал за прекрасными цветами, растущими вдоль дороги.
И, действительно, когда они возвращались домой, старый разбитый сосуд любовался прекрасными цветами, которые радовались солнечному свету. Его грусть ненадолго исчезла. Однако, придя в дом господина, разбитый сосуд вновь опечалился, так как принес только половину воды. Вновь сосуд извинился перед разносчиком за свою неудачу.
Разносчик проговорил к сосуду:
– Ты заметил, что цветы росли только на твоей стороне, а не на стороне другого сосуда? Дело в том, что я всегда знал о твоей трещине и пожелал использовать ее в своих целях. Однажды вечером я посеял семена цветов на твоей стороне тропы, и каждый день, когда мы возвращались домой от источника, ты поливал их. Уже на протяжении двух лет я мог срывать эти прекрасные цветы и украшать ими дом своего господина. Если бы ты не был таким, какой ты есть, я бы не смог обрести такое великое благоволение в глазах своего господина.
У каждого из нас есть свои “трещины”. Все мы являемся разбитыми сосудами. Однако, если мы позволим Господу использовать наши слабости, Он украсит Дом Отца прекрасными цветами. Не бойтесь своих трещин. Признайте их и доверьтесь всецело Господу.
Помните, что, когда мы немощны, тогда мы сильны во Христе.
С англ. Томаш С.А.
СТИХИ
ПОДУМАТЬ ТОЛЬКО...
Подумать только: люди Жизнь распяли,
Отвергли милость и любовь Христа!
Пришел к Своим, Свои же не узнали,
Прибив на древо страшного креста.
Подумать только: Он висит, избитый
Осмеянный, оплеванный толпой!
Из уст распухших слышится молитва:
“Прошу, прости, прости им, Отче Мой!”
Подумать только: Жизнь была распята
И в мрачный гроб положена была!
И серый мрак свинцового заката
Закрыл там свет, казалось, навсегда.
Подумать только: рано на рассвете,
Когда еще весь мир греховный спал,
Раздался гром и в ярком Божьем свете
Из гроба мрачного Христос живым восстал!
Подумать только: Он теперь, воскресший,
Несет Свой мир измученным сердцам
И разгоняет в душах мрак кромешный,
И вводит в рай, где счастью нет конца.
Александр Пенязь (США)
СПРАВЕДЛИВОСТЬ
С детства в поисках справедливости
Находил шишки, кровь, синяки...
Не снижая с годами активности,
Каждый раз попадал в тупики.
Где я в поисках только не был!
Но справедливость найти не мог.
И вот узнал, что она на небе,
Справедливый один лишь Бог.
Всё дано нам по Божьей милости.
И, хоть ярок солнечный свет,
Не ищи на земле справедливости,
На земле её просто нет.
Закрываю глаза. Предо мною
На Голгофском кресте Христос.
А “вина” Его в том, что с Собою
Все людские грехи унес.
На Себя принял муки Он адовы.
За чужие грехи жизнь отдал.
И прочувствовать каждому надо бы,
Что Христос за него испытал.
Но ниспослана Божия милость,
Свет зажёгся в кромешной мгле.
Бог на землю явил справедливость.
Он воскрес! Он воскрес! На Земле!
Александр Попов (США)
ХРИСТОС ВОСКРЕС!
“И весьма рано, в первый день
недели, приходят (женщины)
ко гробу, при восходе солнца...”
(Мрк. 16:2)
Они шли, несмотря на преграды,
Невзирая на их меньшинство,
И держали в руках ароматы,
Чтоб помазать Царя своего.
Они шли и во тьме спотыкались,
В этой страшной ночной темноте.
И увидеть Того собирались,
Кто невинно распят на кресте.
Где-то рядышком псы зарычали –
Они слышат прекрасно чужих, –
Только женщины в сильной печали
Не заметили, кажется, их.
Размышляя, вопрос задавали:
«Кто отвалит тот камень для нас?»
А сердца их тревожно стучали,
В беспросветную даль торопясь.
Эти слабые женщины знали,
В Ком спасенье и силу искать.
Его руки детей их ласкали...
Как могли Его люди распять?
Тем, кто любит, Господь посылает
Видеть силу и славу чудес.
Первым женщинам Он сообщает
Что Спаситель из мёртвых воскрес!
Вера Савченко (США)
ПАСХА – ПРАЗДНИК ВЕСНЫ
Лучом весенним солнце озарило
Все на земле и то, что под землёй,
Что было мёртво, к жизни пробудило,
И всё воспело радостной хвалой.
И наш Христос – весна в духовной жизни,
Среди греха и царства темноты.
Он воскрешает дух от эгоизма,
Чтоб в нас взрастить небесные плоды.
Духовный луч нам светит от Голгофы,
Где от веков сокрыт был Агнца Крест.
На нём Христос спас мир от катастрофы,
За все грехи Он умер и воскрес.
Голгофский крест и сила воскресенья
Влекут к Христу погибшие сердца.
В Нём получают новое рожденье
Святых детей Небесного Отца.
Христос воскрес! Живём мы в этой эре,
Где смерть ведёт плоть нашу на погост,
Но воскресит нас действенная вера
И наш воскресший Иисус Христос.
Анатолий Курмаев (США))
ОН ВОСКРЕС!
Если только Христос не воскрес,
Мы несчастные, бедные люди.
Зря мы молимся, служим Христу,
Нам спасенья от смерти не будет!
Если только Христос не воскрес,
Зря мы топчем дворы и пороги
И напрасно другим говорим
О любви, о спасенье, о Боге.
Если только Христос не воскрес,
Тщетна вера, исчезла надежда,
Если кто говорит, что Христос вновь придёт,
Он глупец, он безумец, невежда!
Если только Христос не воскрес,
Не воскреснут родные все наши,
Мы исчезнем, как пар, как туман,
Жизнь не будет ни лучше, ни краше.
Но Христос наш из мертвых воскрес!
Вырвал жало у смерти и ада!
Он есть Первенец. Божий Он Сын!
И исчезла меж нами преграда!
Он воскрес! И рассеялся мрак,
Камень вдруг от двери отвалился.
Он воскрес! Он восстал! Аллилуйя Ему!
Свет небесный на землю полился!
Он воскрес! Он воскрес! Это чудная весть!
И в душе моей твёрдая вера:
Воскресит Он меня, когда время придёт,
Даст награду Своею Он мерой.
Он воскрес! Он воскрес! Он воскрес!
Ничего мне другого не надо!
Я надеюсь! Я верю! Я жду!
Это – счастье, и это – отрада!
Шура Тимошенко (США)
|
