|
|
«...живу Я, говорит Господь Бог: не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был...» (Иез. 33:11)
Геннадий с трудом открыл опухшие от длительного запоя глаза.
Голова была словно чугунная, и спокойный стук настенных часов отдавался в ней громовыми раскатами. Он с трудом поднялся со своего ложа, которое состояло из старого матраца и грязных простыней, и поплелся к холодильнику, надеясь найти что-нибудь холодное, чтобы утолить страшную жажду. Он открыл свой старый “ЗИЛ” и от досады зло выругался: кроме банки с селёдкой там больше ничего не было. Он с жадностью припал иссохшими губами к кухонному крану, из которого текла тёплая, с ржавчиной вода. Стало немного легче. Мутным взглядом он обвёл своё унылое жилище: везде валялись пустые бутылки, мусор, грязные консервные банки и какие-то тряпки; стены с оборванными обоями и давно не стиранными занавесками на грязных окнах его квартиры, которую он ненавидел с тех пор, как его жена Лена развелась с ним, раздражали его. Но было еще что-то, что сильно беспокоило его грешную душу и что он никак не мог вспомнить. Было такое чувство, как будто он что-то потерял или кто-то, близкий ему, умер...
Геннадий опять лёг на своё скомканное ложе и уставился в грязный и закопченный от табачного дыма потолок. Голова гудела, а измученное алкоголем тело трясло, как в лихорадке. Чувство беспокойства нарастало с новой силой. Он силился вспомнить, что произошло вчера и кого он мог потерять.
Терять, в общем-то, было некого. Жена ушла от него два года назад, и его дети, семилетний сын и пятилетняя дочь, называют папой чужого человека, за которого Ленка вышла замуж. Они живы и здоровы, так как вчера он видел их утром в магазине, когда бегал в комнатных тапочках и в старых, грязных “спортивках” за водкой. Лена сделала вид, что не знает его, а его дети держались за руки её нового мужа и что-то оживленно ему рассказывали. Значит, с ними всё в порядке... Больше у него родных не было. Отец умер, когда он учился в седьмом классе. Мать умерла в прошлом году перед Пасхой...
И вдруг Геннадий с ужасом вспомнил, что вчера проиграл Руслану в карты Библию, единственное сокровище, остававшиеся еще у него, которое ему оставила его покойная мать. Как бы желая в этом удостовериться, он вскочил, забыв о головной боли, и открыл покосившуюся дверцу сломанного серванта. Старой Библии, которой так дорожила его мать, на месте не было...
Геннадий опять сел и обхватил руками давно не стриженую и не мытую голову. Что он наделал?! Он вспомнил, как мать перед смертью плакала и просила его бросить пить, вернуть в дом жену и детей и, главное, обратиться к Богу и спасти свою душу. Умирая, она просила сына беречь Библию, как самое ценное сокровище, и никому не отдавать. Дрожащей и слабой от длительной болезни рукой мать подписала Библию своему непутёвому сыну, которого очень любила и всегда была с ним ласковой и заботливой. А сын, в безумстве своём за год проиграл в карты всё, что было в их доме, а вчера даже Библию – то, что и сам считал самим дорогим для себя, хотя ни разу так и не открыл ее...
Геннадий сидел и молча плакал. Как всё хорошо было всего лишь несколько лет назад. Он сам загубил своё счастье, променяв его на друзей-алкоголиков, каким и сам стал сейчас. Зачем ему жить? Он никому не нужен, да и ему уже никто не нужен. Пока была жива мать, он еще как-то боролся с этим своим пороком, да и совесть мучила, когда видел её, больную, часами стоящую на коленях в молитве. С её смертью умерла у него надежда на что-то лучшее и светлое в жизни. А ведь ему только тридцать!
Каждый день у него начинался с похмелья и заканчивался дружками, водкой и картами. С работы его уволили. Он пропил всё, что только было можно. Никто не обращал на него внимания. Первое время после смерти матери верующие из её церкви приходили к нему, но он так грубо обходился с ними, что они просто перестали навещать его и беседовать о Боге. Соседи часто стыдили его, напоминая ему о покойной матери, которую все в их доме любили и уважали. Иногда сердобольная тётя Люба с третьего этажа приносила ему суп или еще что-то и долго, со слезами уговаривала остановиться, бросить пить и не губить свою молодую жизнь. Несколько лет назад она похоронила своего единственного сына, который умер от наркотиков и теперь с материнской жалостью и сожалением относилась к Геннадию. У неё был ключ от квартиры Геннадия, который остался еще с тех времён, когда она ухаживала за его больной матерью, и она раз в неделю приходила и оставляла ему еду, выносила мусор и пустые бутылки...
Геннадий услышал, как кто-то открывает дверь его квартиры. Это могла быть только тётя Люба. Ему совсем не хотелось разговаривать с ней, и он опять лёг, укрывшись с головой грязной простынёй. Тетя Люба отнесла свои сумки на кухню, потом подошла к нему, села рядом на табуретку и сказала:
– Гена, я знаю, что ты не спишь, и знаю, что ты не хочешь со мной разговаривать, но я пришла по двум причинам. Во-первых, мне тебя очень жаль и иногда я вижу в тебе своего мальчика, покойного Колю. Во-вторых, я не собиралась к тебе приходить сегодня, но ночью я видела во сне Анну, твою маму, и она очень просила меня зайти к тебе, поговорить, утешить, успокоить и накормить тебя. Вставай, Гена, иди прими душ. Я принесла тебе чистое бельё и чистую одежду, горячий суп и пирожки с картошкой. Пока ты будешь мыться и кушать, я уберу в квартире. Я во сне обещала твоей маме, что ты будешь мне вместо сына, так что тебе придется меня терпеть. Гена, ты слышишь? Вставай. На, выпей холодного кваску, и тебе будет легче.
Геннадий неохотно поднялся. Новое напоминание о матери, которая и после своей смерти через сон соседки заботилась о нём, вызвало слезы и душевные муки. Он взял из рук тёти Любы банку с квасом и с жадностью выпил почти все. Шатаясь, он пошёл в ванную и встал под струю холодной воды. Сразу стало легче. Мысли о том, как вернуть материнскую Библию, заполнили его воспаленную от похмелья голову. Как он мог отдать её Руслану? Он толком ничего не помнил. Вспомнил, как Руслан пришёл с двумя своими дружками, тоже татарами, и потребовал давний долг. Но денег у Геннадия не было. У дружков Руслана была водка и закуска. Потом они стали пить и играть в карты.
Геннадий помнил, что начал проигрывать игру за игрой, но настаивал на продолжении. Затем в его грязных руках оказалась Библия матери и он стал хвастать, что она очень старинная и стоит много денег. Больше он ничего не мог вспомнить...
Глава вторая.
Для Руслана это утро наступило в два часа дня. От своих друзей-алкоголиков он отличался тем, что почти никогда не испытывал тяжелых мук похмелья, даже после сильной пьянки. Его организм был наделён этим редким качеством, и ему завидовали все, с кем он пил, спал и просыпался там, где настигал его сон. Спать после очередной попойки он мог чуть ли не целые сутки.
Сегодня он проснулся в своей постели, так как вчера он пил совсем мало и всё помнил. Он пришёл домой, когда его жена и маленькая дочь давно уже спали. Утром жена отводила дочь в детский сад, а сама шла на работу в троллейбусный парк, где работала водителем троллейбуса. Руслан познакомился с ней в троллейбусе, влюбился и женился пять лет назад. Его родители, которые жили в Казани, были против того, чтобы он женился на русской девушке, но дедушка, отец его матери, сказал, чтобы они радовались, что такая умная и красивая девушка соглашается выйти замуж за их непутёвого сына, который уже тогда погряз во всех пороках. Родители перед свадьбой лечили его от пристрастия к наркотикам и алкоголю, и он целый год после свадьбы не прикасался к спиртному и наркотикам. Нину, свою жену, он обожал за её красоту и спокойный характер. Она даже и не догадывалась о его прошлом до замужества и была очень счастлива.
Когда родилась дочь и Нина была еще в роддоме, старые друзья пришли поздравить его, и тогда он опять сорвался. Первое время Нина уговаривала его, плакала с маленькой Зерочкой на руках. Молоко у неё перегорело от внезапной перемены в их семейной жизни. От её спокойного характера не осталось и следа. Она с криком выгоняла всех друзей Руслана из дома, прятала от мужа его одежду, чтобы ему не в чем было уйти из дома, но всё было напрасно. Руслан уже не мог остановиться. Он часто просил у Нины прощения и обещал, что не будет больше пить, но всё повторялось снова. Со временем Нина привыкла, ушла в себя, стала жить своей жизнью, прятать от мужа свои заработанные деньги и драгоценности, которые он мог пропить. Из дома он ничего не уносил из страха перед женой, и его дружки знали это и считали, что лучше с ней не связываться и ничего у Руслана в доме не трогать. Потом житья им от “ненормальной бабы”, как они её называли, не будет. Правда, ходили разговоры, что у Нины на стороне есть мужчины, но Руслан не верил в это, хотя понимал, что это вполне может быть, так как жена его была очень красивая и молодая. Он также понимал, что губит себя и свою семью, он был рабом своих пороков и не имел ни сил, ни желания расстаться с ними...
Руслан оделся, сварил крепкий кофе, выбросил мусор, вымыл посуду и сделал в квартире уборку, чтобы хоть чем-то задобрить Нину. Уже полгода он нигде не работал, и, когда его мозг не был затуманен алкоголем, совесть мучила его и ему всегда хотелось сделать что-то хорошее для жены и маленькой дочери. Он навел порядок на балконе, починил утюг и гладильную доску. Настроение было приподнятое. Он собирался отнести выигранную вчера в карты у Генки старинную, с цветными картинками, 1903 года Библию одному знакомому, который скупал все старые, редкие и ценные книги. На вырученные деньги он хотел купить жене и дочери хорошие подарки, но боялся, что это желание убежит от него, как только в его руках появятся деньги, как было уже много раз.
Он оделся, написал записку Нине, что очень её любит и просит, чтобы она ждала его дома, что он скоро придёт и они пойдут с Зерочкой в зоопарк. Он знал, что Нина не обращает на эти записки никакого внимания, потому что он никогда не выполняет свои обещания, но всё же положил её на видное место в прихожей. Потом достал из-под кровати, куда положил вчера ночью свой ценный выигрыш, большой свёрток, завёрнутый в грязное полотенце.
Руслан развернул Библию, чтобы переложить её в прочный пакет с ручками. Ему почему-то захотелось открыть её. Он открыл Библию наугад и увидел среди пожелтевших от времени страниц небольшой, плотно заклеенный конверт. Он взял Библию, пошёл на кухню, сел за стол и вскрыл конверт. Там были деньги – пять тысяч рублей крупными купюрами – и письмо. Почему-то Руслан не обрадовался этим деньгам, и сам этому удивился. Деньги по тем временам были большие, и на них свободно можно было пить целый месяц и не заботиться ни о чём. Но какое-то беспокойство закралось в душу. Дрожащими пальцами он развернул письмо и стал читать:
“Мой дорогой, мой единственный и любимый сынок Геночка!
Я знаю, что должна скоро умереть, так как моя болезнь сильно прогрессирует и приносит мне невероятные страдания. Но не это меня волнует. Я знаю, что скоро Господь возьмёт меня к Себе и мои земные муки, наконец, закончатся. Моё сердце скорбит о том, что ты губишь свою жизнь и, главное, губишь свою бессмертную душу, которую можно спасти только при жизни. Я много раз пыталась поговорить с тобой об Иисусе Христе и для чего Он приходил на эту землю, но ты не хотел меня слушать. Когда ты будешь читать это письмо, меня, скорее всего, уже не будет на этой земле, но я очень надеюсь, что ты когда-нибудь захочешь взять в свои руки мою бесценную Библию, которая досталась мне от моей бабушки Екатерины и увидишь в ней этот конверт.
Я поверила в Бога по-настоящему, когда ты был в армии. Я писала тебе об этом, но ты тогда только смеялся... Ты знаешь, что меня с четырнадцати лет воспитывала моя бабушка, так как мои родители погибли в геологической экспедиции. Бабушка много рассказывала мне о Боге, но я, считая себя верующей, думала, что и так много знаю, и не слушала её мудрых слов.
Много лет назад, когда моя бабушка уже была в вечности, я случайно открыла её Библию и начала читать Новый Завет. Эта Книга потрясла меня. Я с жадностью изголодавшегося по истине человека читала страницу за страницей. После работы я спешила домой, чтобы снова погрузиться в Божье Слово. Потом я решила пойти в церковь, куда ходила моя бабушка, но на месте этого здания построили какой-то клуб. Долго я искала дом молитвы в нашем городе, и Господь помог мне. Там, слушая проповеди и общаясь с верующими людьми, я многое открыла для себя. Христос стал центром и смыслом всей моей жизни, и я верю и надеюсь, что Он не оставит и тебя. Пока будет стучать моё сердце, я буду просить моего Господа о тебе, мой любимый сынок. Когда я не смогу становиться на колени, я буду сидя, а потом и лёжа умолять Его, чтобы Он помиловал тебя, простил и очистил от всех твоих грехов. И ты увидишь, как можно жить другой жизнью, под защитой Бога. Ты полюбишь Иисуса Христа, Который в страшных мучениях отдал Свою святую жизнь, чтобы спасти тебя, меня и всех людей на земле. Только Он сможет помочь тебе избавиться от твоих пороков, которые измучили тебя. Ты еще так молод, мой мальчик, у тебя впереди вся жизнь. Не губи свою душу. Прислушайся к моим словам. Кто будет молиться о тебе, когда меня не будет? Читай Библию и храни её как самую заветную святыню. Никому и никогда не отдавай её. Проси у Бога прощения за твою неправильную жизнь, проси, чтобы Он открыл тебе Его Слово.
В этой Библии ты найдешь конверт с этим письмом и деньгами. Я начала их откладывать для тебя, когда только узнала, что больна смертельно. Не пропивай их, сынок! Я отказывала себе во многом, чтобы собрать их. У нас нет родственников, чтобы кто-то мог поддержать тебя. Надейся на Бога, и Он даст тебе мудрость, как ими распорядиться.
Если возможно, верни Лену с детьми. О них я молюсь тоже. Это плохо, что твои дети живут с чужим человеком при живом отце. Лена очень хорошая и добрая женщина, но, если бы в её сердце жил Иисус, она бы не оставила тебя. Примирись с Богом, и ты увидишь, как всё изменится в твоей жизни, сынок.
Это письмо пишу по частям, так как мне и это уже тяжело. Я начала писать его неделю назад и сейчас мне намного хуже. Дни мои сочтены на этой земле. Я очень люблю тебя и надеюсь на встречу с тобой на Небе у Господа, только примирись с Ним, умоляю! Без Бога жизнь не имеет никакого смысла.
Целую и обнимаю тебя, мама”.
Руслан не слышал, как пришла домой Нина с дочкой. Он плакал. Это письмо задело все струны его грешной души. Никогда и нигде он не слышал ничего подобного. Сильно заныло сердце от сознания того, что есть светлая и чистая жизнь, а он и Генка, да и все их дружки, погрязли в болотной трясине беспробудной пьянки.
Нина никак не ожидала увидеть Руслана дома, да еще и трезвого. Она сразу поняла, что что-то произошло с ним. По небритым щекам Руслана текли слёзы. Нина положила руку ему на плечо и спросила, что случилось. Руслан протянул ей письмо.
Нина долго читала его, украдкой вытирая слёзы. Потом она открыла Библию и на внутренней стороне обложки прочла: «Дорогому и единственному сыну Геннадию от любящей матери на память и во имя спасения души.
“Да благословит тебя Господь и сохранит тебя! Да призрит на тебя Господь светлым лицом Своим и помилует тебя! Да обратит Господь лицо Своё на тебя и даст тебе мир!” (Числа 6:24-26)
Тамара Резникова
(Продолжение следует)
ПЕСНЬ О МАМЕ
Ты семейное счастье нашла:
Сыновья и добры, и пригожи,
На святые подвижны дела,
И девчата – как ангелы Божьи!Не влекут их театры, кино –
Порезвиться, забыться немного.
Помнят: времени мало дано,
Разве можно откладывать Бога!День и ночь они в Божьем труде:
Посетят одинокого старца,
Не оставят страдальца в беде,
Приютят сироту и скитальца.Оживает молитвенный дом,
Даже злые добреют соседи;
Будто все просветлеет кругом,
Где твои появляются дети.Кто-то спросит: “Но в чем же секрет?
И откуда та ревность и сила?”
И один ты услышишь ответ:
– С нами Бог! Так нас мама учила.Не помадила губ, не цепляла серег,
Не носила парчи многоценной,
Но души красотою нетленной
Прославлялся твой любящий Бог!Оттого и семье хорошо,
Ходят дети спокойно и прямо,
Что покорной и чистой душой
Любит Господа мама.И когда мы к Отчизне придем,
Там, под сводами вечного Храма,
Те прекрасные гимны споем,
Что учила нас милая мама.Виктор Борщ
ПАМЯТИ МАТЕРИ
Любимая, родная мать,
Как много я хотел сказать!Твоя любовь в моей груди
Идет со мною впереди.Забыв, бывало, о себе,
Молилась о моей судьбе.Ты часто позднею порой
Во сне беседуешь со мной,Как Богу искренне служить,
И учишь, как в смиренье жить.Георгий Кинг
(Австралия)
БЛАЖЕН ТОТ ДОМ
Блажен тот дом, где настежь дверь открыта
Тебе, Господь, Спаситель всех людей;
Где средь гостей, больших и знаменитых,
Ты всех дороже, ближе и милей;Где все сердца летят Тебе навстречу,
Где все глаза к Тебе обращены,
Где уши всех открыты к Твоей речи,
Где вся семья – любви Твоей сыны!Блажен тот дом, где муж – одно с женою:
Твоя любовь связала тесно их,
Твой дар спасенья видят пред собою,
Твой Дух хранит их на путях земных;К Тебе прильнули верными сердцами
В добре и скорби, счастье и нужде;
Пребыть с Тобой всегда стремятся сами,
Тебе служить им радостно везде.Блажен тот дом, где на руках молитвы
К Тебе приносят маленьких детей,
Где с ранних дней искать Тебя привыкли
Со всякой скорбью и нуждой своей;Где с умиленьем принимают Слово,
Где с ликованьем песнь Тебе поют,
Где пред Тобой всегда стоять готовы,
Где Твое имя постоянно чтут.Блажен тот дом, где Ты во все вникаешь,
Где разделяешь радости и плач,
Где в торжестве участье принимаешь
И где в болезни Ты – их лучший Врач;Где управляет всем Твоя десница,
Где все идут Твоим святым путем
Туда, откуда Ты в наш мир явился
И нас направил в чудный, вечный дом!