ЁЛОЧКА
Виктор Беловед
Петро шел вдоль длинного базарного забора, под которым, испуганно прижавшись друг к другу, стояли зеленые лесные красавицы. Приближался главный в их жизни праздник – Новый Год. Из лесной тишины и трескучего мороза их путь лежал в теплые городские квартиры, к праздничному столу и шумному застолью. Разнаряженные, они первыми встречали гостей и прислушивались к детским восторгам. Но стремительный взлет к всеобщему вниманию и человеческой славе каждый год так же стремительно заканчивался падением. Осыпалась хвоя, снимались игрушки. “Пора, подружка, в печку”, – говорила ей хозяйка через недельку. Это в деревне. А в городе – свалка...
“Они знают об этом, – подумал Петро, – и плачут. Разве капли живицы не похожи на слезы? Так они прощаются с нами и, благоухая, умирают.”
– Да вот неплохая сосёнка! – прервал его мысли бойкий продавец.
– Сколько? – спросил его Петро.
– Пять. Да я за четыре отдам!
– Хороша! – и он пошел дальше, присматриваясь.
В самом конце ряда, у густой ёлочки средних размеров, чем-то возмущались две молодые женщины. То ли ценой, то ли жизнью. Как только Петро протянул руку к ёлочке, они замолчали и забрали ее. Он улыбнулся.
– Ничего, – сказал продавец, – я еще принесу.
И действительно, он принес не хуже: густая и маленькая, как раз на стол. Им с мамой такая и надо. Замечательным было и то, что к ёлочке прилагался деревянный кружок вершковой толщины с дыркой – обыкновенный срез соснового бревна. “Это ж крестовину не надо будет делать, – радовался Петро, – да еще и запах от него лесной, новогодний”.
На обратном пути почему-то вспомнилось детство. В те времена ёлку можно было купить разве что в большом городе, поэтому в степном селе она оставалась таинственно-сказочной и особенно желанной. Петро знал наперечет все сосны в округе: две в больничном дворе и с десяток в дальнем лесу, посаженном еще светлой памяти помещиком-лесоводом. И вот приближался Новый Год, а ёлочки не было. Что же делать?
– Вы пойдите в лес и срежьте себе густую ветку, – сказала им с братишкой мама, вручив нож. Так они и сделали. Не беда, если нет ёлки! Ветку тоже можно украсить игрушками и ватой. И это тоже кое-что!
Сколько ж это лет прошло с тех пор? Тридцать? Нет, больше. И вот снова Новый Год, и снова встреча с мамой. “Ну почему мамы всегда плачут?”– думал он, выгружая подарки. И ёлочка ей понравилась, и кружок... Минуточку, а где же кружок? Он еще раз обыскал багажник и сумки – кружка не было. Укатился кружок. А жаль...
На другой день, с утра, он решил закончить с ёлочкой. Побродив по двору в поисках крестовины, Петро остановился у орехового бревна. Кружок не шел из головы. “Орех пойдет, это дерево благородное”, – решил он и принялся пилить. Через пять минут он понял, почему из ореха делают мебель. “Крепкая вещь!” Скоро рука устала, а пилить еще оставалось много. Дело двигалось медленно, с перерывами. Да и время поджимало. Накануне праздника хотелось еще кое-кого проведать. Наконец, кружек был отпилен. Оставался сущий пустяк – дырка. “Сверла нет – это ничего, – размышлял Петро. Времени маловато – это хуже. Попробуем пробить трубкой. Так, молоток в руку... Р-раз! Пошло... Два!!! Вот тебе и два...” Кружок безнадежно треснул. Он повертел в руках половинки и с огорчением выбросил их на дрова. Сколько труда и времени пропало напрасно! Подавив досаду и раздражение, Петро вышел из сарая.
Между тем, мама была уже готова ехать. Что ж, поехали. С Богом!
Первой была девушка – инвалид детства. Церебральный паралич, олигофрения и инсульт впридачу. Все это она рассказала им, сидя на кровати, вертя головой и улыбаясь, в отличие от ошеломленных ее рассказом посетителей. Уверовала она недавно, одна на все село.
– Да как вы нашли меня? – спросила она.
– А вот вы Богу молились, Он и послал нас, – ответил Петро.
Они оставили ей журналы и кассету с песнями, почитали Библию и стали прощаться.
– Есть ли какая нужда? – спросил Петро у ее матери.
– Да нет, собес заботится.
– Ну, с Богом оставайтесь.
Поехали дальше. Следующей была сестра-старушка, живущая рядом с хоромами своих детей. Она как раз топила печку.
– Мир вам! С Новым Годом!
– Приветствую, приветствую... заходите, гости дорогие.
– А где же ваши дрова?
– Та тут... мало... вы проходите, садитесь...
После общения и молитвы мама сказала Петру:
– У нас в чулане лишние дрова есть, мы теперь газом топим.
– Ясно, – ответил Петро, – давайте нам, сестра, большой мешок, а лучше два.
Дома, в чулане, под хворостом, лежали дубовые чурки. Это в один мешок. В углу – уголь. Это в другой мешок. А в нем дырка... “Где бы мешок без дырки найти?” Он огляделся. Что-то стояло в углу в полупустом и запыленном целлофановом мешке. “Дрова какие-то...” Петро вытряхнул содержимое.
Вот это да! На дне – готовые деревянные кружки. Не ореховые, правда, но как раз то, что требовалось для ёлочки. Он остановился. Посмотрел на маму. Кто сказал, что чудеса кончились во времена апостолов? Вот они, рядом с нами. Только открой глаза и смотри внимательно...
Он вернулся, когда было уже темно. Начиналась новогодняя ночь. За пару минут он проделал в кружке дырку и вставил туда ёлочку. Красота! Теперь ёлочку – на праздничный стол. И нацепить на нее конфеты...
А потом вдвоем с мамой они сидели за праздничным столом под ёлочкой. И пели, читали из Библии, молились. Они отпраздновали все сразу: Рождество по новому календарю, Новый Год и Рождество по старому календарю. Какая разница, когда праздновать? Главное – вместе с Именинником!
– С днем рождения тебя, Иисус!
Виктор Беловед