Л. Б. Кауман

Ты не можешь ожидать победы, если начинаешь день, рассчитывая на свои собственные силы. Начинай свою ежедневную работу под влиянием нескольких минут глубокого, сердечного общения с Богом. Не выходи к людям, даже к членам собственной семьи, до встречи с великим Другом и Спутником твоей жизни – Иисусом Христом. Встречай Его наедине и регулярно, с открытой Книгой Его заветов, а потом иди исполнять свои обязанности с сознанием Его присутствия и Его личного контроля над каждым твоим действием.

М. Генри, издавший свою знаменитую книгу– пособие к изучению Св. Писания – начинал свою молитву с четырех часов утра и оставался в своем кабинете до восьми. Затем, после утреннего чая и молитвы с семьей, снова возвращался в кабинет, где работал до полудня. После обеда он снова брался за перо и занимался до четырех часов, а остальную часть дня посвящал друзьям и семье.

Знакомясь с жизнью многих других Божьих тружеников, оставивших глубокие следы в этом мире на пользу человечества и для славы Бога, мы убеждаемся в том, что для их успеха большое значение имели утренние часы, проведенные с Богом.

Господь Иисус Христос много уделял времени общению со Своим Небесным Отцом: «Утром, встав весьма рано, вышел и удалился в пустынное место, и там молился» (Мар.1:35).

Утро – самое лучшее время для общения с Богом. Утром Бог ожидает встретить нас во всей свежести сил и ясности мыслей. Утренняя молитва освящает предстоящий день. Успешно будет то время, первая победа которого одержалась в молитве.

Один известный проповедник писал: «Моя мать придерживалась правила: каждый день, тотчас после завтрака, удаляться на час в свою комнату, где она проводила время в чтении Слова Божьего, размышлении и молитве. Из этого часа, как из чистого родника, она набиралась силы и кротости, которые давали ей возможность исполнять все свои обязанности без всякого раздражения и оставаться уравновешенной при всех заботах и мелочах, натиску которых так часто подвергаешься в тесном окружении.

Вспоминая ее жизнь и все, что она претерпела, я вижу полную победу Божьей благодати в чудном идеале христианской женщины. Никогда не видел я ее раздраженной, никогда не слыхал от нее сердитого слова, слова клеветы или пустых сплетен. Никогда я не замечал у нее признаков какого-нибудь чувства, недостойного души, испившей воды из живой реки и питавшейся сокровенной манной в бесплодной пустыне».