“... чтобы они видели ваши добрые дела...” Мф. 5:16

“Почему?” было привычным словом в лексиконе Шерил. Она не могла понять многих вещей и постоянно спрашивала: “Почему?”

Миссис Томас огорчённо посмотрела на дочь. В какой-то мере она понимала чувства дочери и сочувствовала ей.

Они прожили в этом тихом городке три года. Шерил посещала старшие классы. Мать хорошо помнила, как трудно было для Шерил войти в колею, приспособиться к новому окружению... И вот они снова должны переезжать.

Для них обеих это было тяжело! Они полюбили этот маленький городок с уютной церковью, с домом для пастора, а главное, с добрыми, отзывчивыми жителями. Мистер Томас, пастор, понимал, как тяжело будет сообщить этим людям об отъезде и проститься с ними. Они охотно помогали при разного рода затруднениях, и их дети охотно общались друг с другом.

Миссис Томас молилась и так надеялась, что в Кингстоне тоже будут хорошие христианские семьи с детьми...

Дрожащий голос Шерил прервал её размышления.

– Почему папа никогда не подумает, как другие себя чувствуют?! Он приезжает, заводит себе друзей и живёт... Разве он не знает, как трудно будет для Криса и меня опять идти в новую школу? И снова начинать знакомиться?... И снова переносить насмешки, пока не привыкнут, что мы – верующие?...

С этими словами Шерил бросилась на кровать и расплакалась.

Миссис Томас не могла найти слов утешения. Не надо слишком сочувствовать Шерил, однако, в словах дочери была доля правды. Это был крик души! Шерил любила отца, но ей надо было кого-то обвинить и, кажется, он был самым подходящим объектом в данной ситуации.

Обратившись в душе к Богу о помощи, миссис Томас села рядом с Шерил:

– Шерил, дорогая, мы знаем, что папе здесь нравится, – мягко сказала она. – Ты не раз слышала, что папа говорил: “Как хорошо, что Бог дал нам такое прекрасное место для служения Ему!” Ты слышала это, правда?

– Ну, должно быть, для него это не так важно, иначе он не решил бы уехать отсюда! – запальчиво возразила Шерил.

– Шерил, ты говоришь так, как будто не знаешь, что Бог призвал твоего отца возвещать Его Слово. И если он чувствует, что нам надо ехать, значит, он верит, что это – от Господа!

– Я всё это знаю, но мне совсем не легче от того, что Бог призвал папу и что папа чувствует, что нам надо ехать!..

– Хорошо, Шерил, мне ясно одно, что тебе надо просить Бога помочь тебе изменить своё поведение. Пока ты будешь так вести себя, ты не сможешь быть помощницей на ниве Божьей. Подумай об этом хорошенько...

Миссис Томас встала и пошла на кухню готовить ужин.

“Ничего не изменится от моего недовольства и несогласия. Мне придётся ехать и привыкать к новой обстановке, ничего не поделаешь...” – думала Шерил, направляясь в свою спальню.

Время пролетело быстро в суматохе сборов. Наступил день отъезда. Шерил в последний раз прошлась по дому. Воспоминания о счастливом времени охватили её. Однако её не переставал мучить вопрос: “Почему?..”

– Шерил, иди сюда, пора ехать! – позвала мама.

– Иду, мама, – и Шерил вышла из дома.

Она бросила последний взгляд на дом, на сад, и слёзы побежали по лицу. И потом, когда они ехали по знакомым улицам, слёзы неудержимо бежали из глаз и падали ей на колени.

Крис и папа уехали рано утром с мебелью, а Шерил и мама остались, чтобы собрать последние вещи и прибрать в доме.

Когда они выехали на главную трассу, Шерил постаралась взять себя в руки, вполне резонно подумав: “Слёзы не помогут... надо смириться...”

И хотя боль внутри оставалась, Шерил попыталась быть, по крайней мере, чуть веселее.

Прибыв на следующий день на место, они увидели, что там намного хуже, чем они ожидали. В церкви была только одна пожилая пара, одна – средних лет и три или четыре старые одинокие женщины. А для пастора даже не было дома! Предыдущий пастор был неженат и жил в маленькой квартирке позади церкви.

Им предложили остановиться в доме той пожилой пары, пока они подыщут что-нибудь подходящее. Эти люди оказались добрыми и приветливыми.

Но для Шерил нужна была подруга, сверстница. А такой как раз и не было!..

Наконец, они нашли подходящий дом. Он был старый, но за короткое время миссис Томас сделала его уютным и привлекательным.

Крис и Шерил начали ходить в школу. Крис сразу поладил со всеми, но Шерил чувствовала себя одинокой. У неё не было близкой подруги. Девочки хорошо относились к ней, хотя иногда бросали удивлённые взгляды на её платья. Так, по крайней мере, казалось Шерил. Все имели подруг, и Шерил чувствовала себя лишней.

Однажды, после воскресного собрания, миссис Джонсон, учительница, подошла к Шерил и спросила, не может ли она прийти к ней после школы в понедельник. Шерил тотчас согласилась, отчасти потому, что ей нечего было делать, а ещё потому, что миссис Джонсон ей очень нравилась.

Следующий день в школе прошёл, как обычно. Сразу после школы Шерил пошла к миссис Джонсон. Поговорив немного, миссис Джонсон пошла на кухню и принесла аппетитно пахнувший пирог с вишнями. Попробовав его, Шерил подумала, что ничего подобного она раньше не ела.

– Шерил, одна из причин, почему я пригласила тебя к нам, – сказать тебе, что мистер Джонсон и я гордимся тобою. Ты можешь служить примером доброго поведения для других наших учениц. Как раз на днях одна девочка говорила мне, какая ты хорошая, честная и богобоязненная. Меня очень порадовали её слова о тебе. Шерил, я знаю, что это не всегда легко, но оставайся верной Господу, уповай на Него, и Он разрешит все твои жизненные проблемы и выведет из всех затруднений. Так обещал Бог. Об этом написано в Библии.

Они ещё немного поговорили, и Шерил стала собираться уходить. Она от всего сердца поблагодарила миссис Джонсон за прекрасно проведённое время и ушла.

По дороге домой её сердце пело от радости. Пусть у неё пока нет подруги её возраста, но она чувствовала, что Господь ответил на её “почему”. Она нужна здесь! Господь нуждается в ней, чтобы она свидетельствовала о Нём своей жизнью здесь, в Кингстоне. А это, действительно, самое важное дело в жизни!