Однажды, когда девочка пришла из школы, она увидела на своём столе маленький пакетик. Открыв его, она обнаружила луковицу и карточку от цветовода с надписью: “Моей маленькой цветочнице от её друга, мистера Грея”. А на обратной стороне карточки было написано: “Это – луковица пасхальной лилии. Посади её без промедления, чтобы она расцвела на Пасху”.

Есфирь помчалась вниз по лестнице, чтобы показать луковицу маме.

– Мама, посмотри! – воскликнула она. – Посмотри! Подарок от мистера Грея. Луковица лилии! И она расцветёт на Пасху!

Каждую субботу после этого Есфирь заходила в дом к мистеру Грею и говорила с ним о лилии. Когда же появился первый зелёненький листик, она так радовалась, как радовалась тогда, когда узнала, что у её маленького братика прорезался первый зубик.

Перед наступлением первых весенних дней в маленький старый домик в конце улицы приехали новые соседи. Это была семья итальянцев: мама, девочка, приблизительно её возраста, и ещё трое младших детей. Через несколько дней женщина постучала к ним в дом и попросила маму Есфири дать ей какую-нибудь работу. Она сказала, что муж её умер и что ей необходимо найти какую-нибудь работу, иначе её дети будут голодать. Когда Есфирь услышала это, она почувствовала жалость к детям и сразу же решила подружиться с девочкой и ходить вместе с ней в школу. Но на следующий день Анджела прошла мимо, как будто не заметив её.

Проходили недели. Лилия всё росла и стала высокой и прекрасной. Есфирь решила отнести её в церковь в Пасхальное утро и поставить возле кафедры. Конечно, жаль будет расставаться с лилией, но в глубине сердца она хотела, чтобы все в церкви знали, кто поставил эту лилию, и чтобы подумали о ней, какая она добрая и хорошая девочка. В пятницу, едва проснувшись, она подбежала к своей лилии, чтобы увидеть, расцветёт ли лилия к воскресенью. К её удивлению, первый бутон уже раскрылся, а до Пасхи было ещё два дня!

“Ой, что же делать? – забеспокоилась девочка. – К Пасхе цветок начнёт увядать, и лилия возле кафедры не будет выглядеть такой красивой!”

После завтрака она побежала к мистеру Грею и рассказала ему о своей тревоге.

– О, это плохо, – сказал он. – Гм... Что же нам делать?... Скажи, у вас есть холодная комната?

– Да, застеклённая терраса, – ответила Есфирь.

– Хорошо, это подойдёт. Поставь цветок возле окна. Думаю, что там будет достаточно прохладно, и тогда цветение задержится, – успокоил её мистер Грей.

Есфирь в точности выполнила его совет. Она отнесла лилию на террасу и поставила на подставку возле окна. Перед тем, как пойти спать в тот вечер, Есфирь опять пошла посмотреть, всё ли в порядке с лилией. На террасе было темно. Подойдя к окну, она увидела, что кто-то смотрит в него со двора. Она испугалась, но тут же узнала Анджелу. Свет луны освещал её лицо, по которому бежали слезы. Анджела смотрела на лилию, и глаза её блестели.

“О, она тоже любит цветы!” – подумала Есфирь, стоя тихо и наблюдая, что будет делать Анджела. Девочка протянула руку, как будто хотела дотронуться до белоснежного цветка, потом повернулась и медленно пошла от дома. По дороге она обернулась раза два-три, чтобы ещё взглянуть на прекрасный цветок. Есфирь поднялась в свою спальню, думая об Анджеле.

“Анджела любит цветы... Может, она станет лучше, если дать ей лилию? Но... следует ли давать лилию сердитой девочке? Нет! Эта лилия – для Бога! Я поставлю лилию возле кафедры в церкви, и... все будут видеть, кто принёс её...”

Утром отец читал Библию. И то, что он читал, заставило Есфирь насторожиться: “Так как вы сделали это одному из сих братьев моих меньших, то сделали Мне”. Отец продолжал читать, не замечая того, как внимательно слушала Есфирь. “Должно быть, здесь имеется в виду Анджела, – размышляла она. – Анджела бедная, недружелюбная и недовольная. Конечно же, это она – «одна из меньших»”.

Весь день Есфирь размышляла об этом. Ей трудно было решиться отдать лилию Анджеле – ведь тогда никто не узнает, какая она добрая и щедрая девочка! Было просто невозможно, после всех её стараний и ожиданий, отдать лилию девочке, которая даже не хотела дружить с нею. Но после ужина Есфирь приняла решение: если она отдаст лилию Анджеле, значит, Бог получит её. Разве папа не прочитал: “Так как вы сделали это одному из сих братьев моих меньших, то сделали Мне”?

– Мама, можно мне пойти к Анджеле домой?

– Конечно. Ты хочешь поиграть с ней? – удивленно спросила мама. Тогда Есфирь рассказала ей, как она видела Анджелу, когда та смотрела на лилию через окно и как папа прочитал из Библии об “одном из меньших”... Мама понимающе улыбнулась. Есфирь поняла, что она сделала правильное решение. Она завернула лилию в бумагу и понесла в маленький домик, где жила Анджела.

– Этот прекрасный цветок ты даёшь мне?! – удивилась Анджела. – О, ты так добра, а я даже не хотела разговаривать с тобой...

– Но Бог любит тебя. Он любит нас даже тогда, когда мы плохие. И Он хочет, чтобы мы тоже любили всех, даже тогда, когда к нам плохо относятся, – старалась объяснить Есфирь.

– Я не люблю Бога. Он взял моего папу... и мы такие бедные! Мы почти голодаем, – с обидой произнесла Анджела.

– О, ты должна любить Бога, Анджела. Он любит тебя, хотя ты и не любишь Его. Знаешь, Он сделал для тебя гораздо больше, чем я. Он отдал Своего Сына на смерть ради спасения всех людей от их грехов! Христос умер за меня и за тебя! Я подарила тебе эту красивую лилию, и ты меня теперь любишь, правда? – спросила Есфирь.

– Да. И я постараюсь полюбить и Бога, – тихо сказала девочка.

– О, я так рада! – воскликнула Есфирь. – А чья это скрипка? – вдруг спросила она, увидев инструмент.

– Папина. Но, знаешь, мне не хочется играть сейчас, после смерти папы... Но я сыграю для тебя, – сказала Анджела и вынула скрипку из футляра.

Есфирь мало что понимала в музыке, но, когда Анджела начала играть, ей показалось, что это самая прекрасная музыка, какую она когда-либо слышала.

– О Анджела, ты прекрасно играешь! Я попрошу пастора, чтобы он разрешил тебе сыграть завтра в церкви.

На следующее утро две аккуратно одетые девочки, взявшись за руки, шли в церковь. Одна была голубоглазая с золотистыми волосами; другая – с чёрными вьющимися волосами и с чёрными глазами. Пастор разрешил Анджеле играть, хотя немного опасался, что из этого получится.

– Наша маленькая гостья сыграет для нас Пасхальное произведение “Воскресение Христа”, – объявил он после проповеди. Когда Анджела шла к возвышению, богатая женщина, миссис Спенсер, шепнула своему мужу: “Почему пастор разрешает незнакомым детям играть в нашей церкви, да ещё на праздничном служении?”

Мягкие, грустные звуки полились в зал. Казалось, скрипка рыдала, передавая историю распятия Сына Божия. Миссис Спенсер в изумлении подалась вперёд. Девочка играла настолько хорошо, что её игра захватила всех присутствующих. Миссис Спенсер уже не видела, кто играет. Она была захвачена и увлечена самой игрой. И всех слушателей захватило то, что передавала музыка: вот тяжёлая поступь солдатских сапог... громкие крики насмехающейся толпы... удары молотка, вбивающего гвозди в руки и ноги Христа... рыдания матери Иисуса при виде страдающего Сына... Наконец, Его скорбный возглас: “Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты оставил Меня?” Всё это передавала скрипка, управляемая искусной рукой маленькой испанской девочки.

Потом – напряжённая пауза, захватившая дух и внимание слушающих. Они поняли: Христос умер! Но вот, Анджела подняла голову, глаза её сияли радостью и счастьем в то время, как летающий смычок извлекал из скрипки восторженные звуки.

Скрипка победоносно возвещала о воскресшем Христе, Искупителе всех людей. Казалось, слышно небесное пение Ангелов, музыка золотых арф.

Слушатели поняли, что Христа нет в могиле, Он победил смерть, Он воскрес и вновь жив! Благоговейная тишина долго царила в молитвенном доме. Не слышно было ни звука, когда, закончив играть, Анджела тихонько шла на своё место.

Люди сидели, стиснув руки и с бьющимися сердцами. Они забыли, что находятся в церкви, они как будто были в далёкой древней Палестине, как будто были свидетелями распятия и воскресения Спасителя, как будто видели это своими глазами.

– Друзья, – наконец нарушил благоговейное молчание пастор, – пойдём в наши дома с этим прекрасным впечатлением в наших сердцах, с этим духом и чувством воскресшего Христа, какое эта девочка передала своей скрипкой...

В понедельник богатая миссис Спенсер пришла в бедный домик в конце улицы и пригласила Анджелу сыграть на скрипке для её друзей.

– Я не могу прийти, – просто сказала Анжела. – Я играла это только на Пасху. И я играла во славу Бога. Он любит меня, и я люблю Его!