Но не слишком ли большие требования возлагает Бог на мужчину? Что может Он ожидать от обычных земных существ из плоти и крови?

Подобные вопросы часто возникают в той или иной форме во многих семьях, где отцы серьезно озабочены тем, чтобы привести свою семью в тихую гавань христианских взаимоотношений и любви и чтобы все члены семьи унаследовали жизнь вечную, сокрывшись в Боге.

Бог предопределил отцам быть лидерами в своих семьях. Отец должен успеть сделать очень многое, опираясь на Божью помощь, которую Он предлагает со страниц Библии.

Это «испытание властью» налагает на отцов большую ответственность перед Богом за свои семьи. В Библии мы находим пример тому. Бог выражает Свое неудовлетворение пророку Илии за его родительскую безответственность и определяет наказание и ему, и его сыновьям (1Цар. 2 гл.).

Именно в эти годы, когда вы имеете власть над своей семьей и определяете ее жизненный курс как отец, как глава семейства, судьба ваших детей во многом зависит от того, насколько вы будете послушны Богу, применяя Божественную мудрость Библии в жизни вашей семьи.

В Св. Писании мы находим описание многочисленных трагедий, когда отцы семейств, оставив заповеди Бога, избирали свой собственный путь и погибали вместе со своими семьями, лишая будущего и себя, и своих потомков.

Такова трагическая судьба царя Саула. Отойдя от заповедей Господних, он погибает вместе со своими детьми, которые, если бы их отец был предан Господу, наследовали бы царство и продолжили его род.

Таков же плачевный конец царя Седекии, описанный пророком Иеремией. Седекия отвергнул слова Господа, предпочтя им мудрость человеческую, и был жестоко наказан врагами за свои неверные поступки. Через пророка Иеремию Господь предлагал ему выход из этой ситуации, но Седекия сделал свой выбор. И следствием его непослушания было то, что всю царскую семью, сорок сыновей Седекии, на его глазах умертвили мечем, а ему самому выкололи глаза и увели в чужую землю. В таком состоянии, видимо, и его жизнь была уже недолгой.

Выбор жизненной позиции важен и для нашего времени. Сегодня отцы так же ответственны перед Богом за судьбы своих детей, как и в древние времена.

В одном из своих рассказов американский писатель О’Генри так описывает увиденный им во сне Страшный суд над одной грешницей.

Девушка, выросшая без присмотра родителей в одном из бедных кварталов города, спилась, из ревности убила своего жениха, а затем покончила свою жизнь самоубийством... После слушания ее дела судебный пристав в ангельском чине объявил решение суда: «Оправдана! А по этому делу следует арестовать и судить рыжего, небритого, неряшливого мужчину, который сидит в одних носках у окна и читает газету, пока его дети одни играют на мостовой».

Мысль писателя ясна: вина и ответственность за грехи детей лежит и на их родителях, ведь эгоизм, черствость, равнодушие к собственным детям всегда оборачиваются трагедией.

Вначале это трагедия ребенка, растущего без родительской любви и заботы, далее – это трагедия непонимания между поколениями близких людей.

В годы детства и отрочества отец нужен не только для того, чтобы повести за собой и дисциплинировать ребенка, но чтобы в этот важнейший период формирования нового человека оказать на него свое влияние, особенно на сына.

Некто хорошо сказал: «Познакомь мальчика с настоящим мужчиной, и он никогда не пойдет по плохой дорожке». Опыт этого общения останется у него на всю жизнь.

Множество моральных проблем общества зарождается еще в детстве. В христианских семьях взаимная любовь родителей и детей и ответственность друг перед другом подразумевается сама собой. «Почитай отца и мать, и будет тебе благо...», – гласит одна из главных христианских заповедей.

«И вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем...», – учит Павел (Еф. 6:1-4).

В наши дни, когда вековые, традиционные основы семьи пошатнулись и каждое новое поколение, охваченное прогрессом, все больше и больше отрывается от предыдущего поколения, так легко раздражать детей наших, даже если и удается воспитывать их в «учении и наставлении Господнем». И отцы должны проявлять особую мудрость и выдержку, чтобы не оттолкнуть от себя детей, которые с каждым днем становятся все более самостоятельными и независимыми.

Очень трудно жить с теми, кто стремится все сразу довести до совершенства. Что бы вы ни сделали – все неправильно, все не так. Вам почти не достается поощрения или одобрения, а критические замечания следуют одно за другим.

Но критика бесполезна, ибо она ставит ребенка в позицию обороняющегося и побуждает искать для себя оправдания. Более того, критика опасна, ибо она ранит чувство собственного достоинства и возбуждает чувство обиды и негодования.

В старой Германской армии солдату не разрешалось подавать жалобу сразу после происшествия, давшего для нее повод. Он должен был сдержать первое чувство обиды, остыть и подать ее только на следующий день. Если же он подавал жалобу немедленно, в день происшествия, то его тоже наказывали.

И в нашей повседневной жизни неплохо было бы ввести подобный закон для ворчливых родителей...

Я предлагаю вам небольшую статью У. Ливингстона Ларида, «Раскаяние отца», опубликованную в сотнях газет и журналов всего мира:

«Слушай, сынок, говорю это, когда ты спишь, положив свою лапку под щеку. Светлые кудряшки прилипли к твоему влажному лобику. Я прокрался в твою комнату один. Несколько минут тому назад, когда я читал в библиотеке газету, на меня нахлынула волна жгучего раскаяния. С чувством вины и пришел я к твоей кроватке.

Вот о чем я думал, сыночек: я был на тебя сердит утром, выбранил тебя, когда ты собирался в школу, так как, вместо того, чтобы умыться как положено, ты только провел полотенцем по своему лицу. Я дал тебе нагоняй за то, что ты не почистил свои ботинки, сердито закричал на тебя, когда ты уронил что-то на пол.

За завтраком я тоже не оставлял тебя в покое. Ты пролил чай, жадно проглатывал пищу, клал локти на стол. Ты мазал слишком много масла на хлеб. Когда я уходил на работу, а ты, убегая к своим игрушкам, обернулся, помахал мне рукой и крикнул: «До свиданья, папа!», я нахмурился и произнес в ответ: «Не сутулься!»

Затем, после обеда, все началось сначала. Подходя к дому, я заметил, что ты играешь в шарики, стоя на коленях. На твоих чулках были дырки. Я унизил тебя перед товарищами, заставил идти перед собой к дому. «Чулки дорого стоят, и если бы ты сам должен был покупать их, то был бы осторожнее». Услышать такое от отца!

Позже, когда я читал в библиотеке, ты боязливо вошел с настороженностью в глазах. Когда я взглянул поверх газеты, раздраженный тем, что мне помешали читать, ты заколебался у дверей. «Что тебе надо?» – раздраженно и сердито бросил я.

Ты ничего не сказал, но одним прыжком бросился ко мне, обвил ручонками мою шею и поцеловал меня. Твои ручки сжались с нежностью, переполнявшей твое сердце, нежностью, которую не могла уничтожить даже моя черствость. И затем ты убежал вприпрыжку вверх по лестнице.

И вот, сынок, вскоре после этого газета выскользнула из моих рук и ужасный, пронзительный страх овладел мной. Что сделала со мной моя скверная привычка? Привычка всегда обвинять, постоянно делать замечания. Все это доставалось тебе от меня только за то, что ты – ребенок. И не потому, что я не люблю тебя, а потому, что я ожидал слишком многого от тебя и мерил на свой собственный аршин – аршин своего возраста.

В твоем же характере так много хорошего, тонкого, верного. Твое маленькое сердце так велико, как рассвет над широкими холмами. Это проявилось в том порыве, с которым ты бросился ко мне и поцеловал перед сном. Теперь ничто другое не имеет значения, сын, я пришел к твоей постели в темноте и, пристыженный, стою перед тобой на коленях.

Это весьма слабое искупление вины. Знаю, что ты не понял бы всего этого, если бы я сказал это тебе, когда ты не спишь. Но завтра я буду настоящим отцом! Буду дружить с тобой, буду страдать, когда ты страдаешь, и смеяться, когда ты смеешься. Я прикушу свой язык, если с него будут готовы сорваться раздраженные слова. Я всегда буду помнить и повторять: «Он всего лишь мальчик, маленький мальчик!»

Боюсь, что я мысленно видел тебя взрослым. Но теперь, когда я вижу тебя усталым и свернувшимся калачиком в своей кроватке, вижу, что ты еще ребенок. Вчера еще мать носила тебя на руках и твоя головка покоилась на ее плече. Я требовал слишком многого, слишком многого...»

Библия повествует о том, что Бог – наш Отец! Но какие мысли возникают у наших детей, когда они слышат это слово – «отец»? Вызывает ли оно у них чувство тепла и нежности? Или совсем другие образы проходят перед их глазами?

Библия показывает Бога нежным, прощающим Отцом, для Которого важна каждая сокровенная подробность нашей жизни.

И все-таки все мы представляем Бога по-разному. Каждый из нас бессознательно переносит те чувства и впечатления, которые вызывает у него земной отец, на свое представление об Отце Небесном. Человеку, у которого отношения с отцом были хорошими, легче понять Бога, а ребенок, не получивший должного внимания и любви, вырастая, часто имеет искаженное представление о любви Небесного Отца к людям.

Сколько детей чувствуют себя в своих семьях отверженными и ненужными! Таким детям очень нелегко будет понять Бога, Его любовь.

Сколько искалеченных душ, спотыкаясь, проходят сквозь годы своей юности только для того, чтобы передать своим детям те же удары, которые они сами получали в детстве. Так продолжается поколение за поколением.

Сегодня Господь напоминает отцам: дорожите временем. Среди всех забот и проблем находите время для детей.

Мудрый Диоген сравнивал воспитание детей с гончарным делом. Пока они маленькие, из них можно, как из глины, вылепить что угодно; но, когда глину обожгут, уже не выправишь изъяна.

Но как часто это бесценное для благоприятного влияния на детей время теряется. Отцы усердно работают, делая карьеру; раздраженные и усталые возвращаются домой и падают в постель в состоянии полного изнурения, не в силах уже уделить ребенку внимания.

Однажды четырехлетний мальчик спросил другого малыша: «А где твой папа? Я никогда не видел его!» «О, он не живет здесь, – последовал ответ. – Он только спит здесь!»

Коллектив исследователей в области детского воспитания в Америке изучил, сколько времени проводит отец, принадлежащий к среднему классу, с детьми. Сначала они попросили группу отцов самих оценить количество времени, которое они проводят со своими маленькими детьми ежедневно, и получили ответ, что, в среднем, это двенадцать – двадцать минут.

Чтобы проверить правдивость ответа, исследователи прикрепили микрофончики к рубашкам малышей с целью записать все высказывания родителей. Результат был шокирующим! Среднее количество времени, проведенное отцами с их маленькими детьми, составляло тридцать семь секунд в день! Их прямое общение ограничивалось 2-3 встречами в день, длящимися от десяти до пятнадцати секунд каждый раз. Это, по-видимому, и представляет отцовство для миллионов детей сегодня.

А теперь давайте сравним тридцатисемисекундное общение между отцами и детьми с другой статистикой. В среднем, дошкольники Америки смотрят телевизор 30-50 часов в неделю! И это в том возрасте, когда ребенок так уязвим, так неопытен! Он получает только тридцать семь секунд в день общения с отцом и тридцать, и более, часов в неделю от коммерческого телевидения.

Так откуда же наши дети получают ценности?.. Некто метко заметил, что «мы не обучаем ценностям своих детей, ценности улавливаются ими».

Как часто мы усаживаем своих детей и рассказываем им о Бoгe и о других ценностях в жизни? Бог сказал еще Аврааму: «Ибо Я избрал его для того, чтобы он заповедал сынам своим и дому своему после себя ходить путем Господним, творя правду и суд...» (Быт. 18:19). И здесь отца не заменит никто.

Может быть, вы уже многое упустили в жизни вашей семьи, но с Богом возможно исправить даже невозможное. Помните: ваше любящее присутствие в жизни детей будет благословением и для ваших детей, и для вас самих; оно станет сокровищницей блага для вашей семьи.