Лес, как на праздник, в золотом уборе,

В молчании торжественно затих.

И даже птицы перестали спорить,

Чтоб звуков лишних не произнести.

Творец-художник разбросал рукою

На небе стайку белых облаков,

А храм лесной наполнился покоем,

В ковре пушистом тонет звук шагов.

Прозрачный, лёгкий и немного пряный

Здесь обитает благодати дух,

Где в золоте купаешься багряном

И где молитву произносишь вслух.

«Осенний вальс» исполнили пушинки

И отдохнуть уселись на сучек.

Серебряные струны-паутинки

Настраивает ловко паучок.

Листок порхнул тихонько на ладонь мне,

Как золотое царское кольцо,

И я склоняюсь в трепетном поклоне

С благоговением перед Творцом

И набираю полную охапку

Червонцев-листьев из Его казны.

Здесь мне за это не дадут «по шапке»,

Все в этом мире перед Ним равны.

Как хорошо молиться в тихом храме

И сознавать величие Творца.

Он слышит нас и обитает с нами,

Когда Ему открытые сердца.

Благодарю за лес и неба просинь,

За храм покоя, мира, тишины.

Прошу, чтоб тихой оставалась осень,

Пусть и со снегом, только без войны.

Вера Осипова

ПУТЬ ЗА ХРИСТОМ

Путь за Христом тернист и узок,

Но полн надежды и любви.

Он не лишил земных нагрузок,

Но ум наш правдой обновил.

И все лишенья легче стали,

Все трудности нам по плечу.

С тех пор, как истину познали,

Спешим к Небесному Врачу.

Лишь Он способен раны сердца

Лечить без болей и без швов.

В Крови Его имеем средство

Любить, как Он, своих врагов.

Он проявляет к нам заботу,

Как нежно любящая мать,

Не защищает от чего-то,

Но сил дает нам побеждать.

Все скорби жизни с Ним под силу,

Что бы ни встретилось в пути.

Его рука досель хранила

И дальше будет нас вести

К блаженной вечности, к покою

От всех земных тревог вдали.

Он небо детям всем откроет,

Тем, за кого Он кровь пролил.

Л. Б.

Когда бурей наполнен эфир,

Я тебе посылаю Свой мир.

Вокруг море бушует, ревёт,

Но спокоен Господень народ.

Не печалься, коль смутные дни,

Гнева Божьего льются огни,

И пылают костры за кострами,

Загораясь большими огнями.

Чаша гнева на землю готова.

Ждут за бедствием бедствия снова.

Воздыхают и верные люди

И вопрос задают: что же будет?

Куда ехать, куда убегать,

Где же правду святую узнать?

Где пророка найти, вопросить.

У кого же укрытье просить?

Люди мечутся, ищут покоя

Среди жгучего солнца и зноя,

А Я с неба смотрю, надзираю

Для детей Своих мир посылаю.

Мир тебе, мир даю тебе Мой

Очень ценный, святой, неземной,

Не тот мир, что народы дают,

А потом слезы горечи льют;

Обещают мир близким, родным,

Переполнены миром земным.

Мир земной на мгновенье приходит

И с войною жестокой уходит.

Мир тебе и покой посылаю,

Я тебя охранять обещаю

Среди горя, житейских страстей,

Где экраны полны новостей.

Я тебе посылаю Мой мир.

Многим дорог для сердца кумир,

Люди мира хотят его, ждут,

Но в ответ слезы горечи льют.

Не тревожься – тебя не оставлю,

На путь истины в Слове наставлю,

И коль будет вокруг истребленье,

Я пошлю тебе мир и спасенье.

Мир даю тебе Мой и покой,

Успокойся своею душой.

Я тебя на пути охраняю,

Среди бури покой обещаю.

Знаю Я, как Своих сохранить,

Уничтоживши грешную нить,

Уничтожив злобу и коварство,

Сохранить для себя христианство.

Будь спокоен, Мой мир – утешенье,

В этом мире для верных спасенье!

***

Пусть бушует вокруг ураган,

Он бессилен для нас, христиан!

Aндрей Данчук

Любовь Христа всегда сильна

Спасать и в наши времена,

Снимает грех, несет покой

Душе измученной, больной.

Как велика Его любовь!

Ее воспеть не можем мы,

Когда на землю, в грешный мир

Пришел Он грешников спасти;

Спасти от дьявольских оков,

Спасти от смерти, от грехов,

Спасти от мук и от суда...

И это все ЛЮБОВЬ ТВОЯ!

Я слаб, Господь, Ты – сила мне.

Как нужен Ты моей душе.

Я не хочу жить без Тебя,

В Крови Христа – спасенье мне.

Е. Локотков

Есть у меня на небе дом,

Просторный, чистый, светлый!

Всю вечность буду жить я в нем,

То мой удел заветный!

Там нет бессмысленной борьбы,

Мучений, страха, боли.

Мы, все печали позабыв,

Учиться будем в школе.

У нас там будет легкий труд,

Приятное занятье.

Там смерти жители не ждут,

Спасённые все – братья!

Одних наградой там почтут,

Кому, за что – Бог знает.

Другие жизнь лишь обретут,

На славу тех взирая.

Небесные тела, не прах –

Энергия живая!

Нетленно все на небесах,

Светла обитель рая!

А здесь я – пар, звук, тень. Я – гость!

Да! Призрачный прохожий!

Рукой сжимая свою трость,

Я – горстка праха в коже!

Еще вот несколько шагов –

Меня Отец мой встретит!

Господь, меня Ты приготовь

С Тобою жить во свете!

Николай Калюк

Все работы были закончены за два дня до начала занятий. Не успели только убрать мусор во дворе и посадить поздние осенние цветы.

Но самым главным упущением строителей было непонятное равнодушие к громоотводу. И когда молодой директор школы напоминал об этом, его всякий раз с улыбкой успокаивали: «Не беспокойся, Степан Григорьич, если громом не раскокало старую школу, уцелеет от небесной напасти и новая... Громоотводы делают только на мельничных трубах, так ведь они почти в тучи втыкаются. Нашей школе с ними высотой не тягаться, молнии мимо нее будут проскакивать...»

Но на душе у Степана Григорьевича все же было неспокойно, и он решил во что бы то ни стало поставить в ближайшее время громоотвод.

На третий день школьных занятий на западе появилась туча. Сначала она была темно-синей, но вскоре налилась чернотой. Каждую минуту ее прошивали изогнутые золотистые молнии, протыкая землю. Отдаленный гром казался певучим и совсем не страшным. Медленно, но неуклонно туча двигалась в сторону села.

Штор на школьных окнах не было, и ученики всех четырех классов, вместо того, чтобы смотреть на доску, все время оглядывались на окна, прислушиваясь к грому. Директор распорядился, чтобы ученики трех младших классов были отпущены домой. Сам он вел урок в четвертом классе. До конца занятий оставалось три урока. Директор считал, что было бы малодушием с его стороны отпустить домой и «старшеклассников». Он только спросил:

– У кого дома заготовлены березовые веники для бани на зиму?

Поднял руку Гриша Волков:

– Вчера наши привезли на тележке двадцать пар. Они еще не завяли, повешены на чердаке.

– Гриша, беги скорей домой и попроси у родителей два веника.

– Для бани?

– Для тучи. Беги скорее!

Туча приближалась. Ее свинцово-белые края закручивались спиралями; молнии полыхали, словно пожар, гром не затихал. Хозяйки торопились поставить кадки под водосточные трубы, чтобы набрать мягкой дождевой воды для стирки белья.

Запыхавшегося Гришу встретила во дворе мать.

– Что случилось?

– Мама, поскорей дай два березовых веника.

– Для какой такой надобности?

– Для тучи. Степан Григорьич велел.

– Залезь на чердак и возьми.

Гриша поспешил по лестнице наверх. Березовые веники распространяли приятный запах. Он снял с шеста два крайних веника, перевязанных мочалом, повесил их на шею и заторопился к школе. Казалось, что туча догоняла его.

Ученики все выглядывали в окна:

– Бежит! Несет два веника!

В тот момент, когда Гриша вбежал в класс, раздался сильный удар грома. Задребезжали стекла окон. Ученики вскрикнули.

Учитель развязал один веник и каждому дал по веточке.

– Держите крепко в руках!

Себе он тоже взял веточку. Другой веник он засунул листьями в электрический распределитель в углу, где в ящичке было несколько металлических пробок.

Едва успел он это сделать, как хлынул дождь и раздался такой удар грома, от которого школа задрожала. Стекла зазвенели еще сильнее.

– Не бойтесь! Держите крепче березовые веточки.

– Зачем, Степан Григорьич?

– Береза может заменить нам громоотвод. Это чудодейственное дерево! Попозже мы сходим в лес, выкопаем маленькие березки с корнем и посадим вокруг школы.

Гроза забушевала над селом, над площадью, над школой. Молнии спешили одна за другой, гром превратился в сплошной гул. По улице побежали потоки воды с лопающимися пузырями.

– Подождем немного. После дождя покажется солнце и расцветет радуга.

Все было так, как сказал директор: туча свалила на восток, и на ее почти черном фоне засияла цветная радуга.

– А теперь послушайте, что я вам расскажу, – начал директор. – Один раз, когда мне было восемь лет, нас с отцом застала в лесу гроза. Деревья в лесу были разные: сосны, дубы, липы, вязы, березы.

– Давай спрячемся под дубом, – предложил я отцу.

– Нет, лучше под березой, – сказал отец.

– У дуба больше веток, мы не намокнем.

– Береза не такая густая, но надежнее дуба. Она не боится грозы.

Туча была, как нынешняя. Я дрожал от страха, а отец мне твердил:

– Держись крепче за березовый ствол.

И вдруг неподалеку от нас молния ударила в ветвистый дуб и расщепила его. Я вскрикнул, а отец успокоил:

– Другого удара не будет.

С тех пор я благодарен березе. Сладок ее сок, душисты ее листья, хороши ее веники; настой из березовых почек лечит чахотку. Когда не было бумаги, на березовой коре делали записи. Любите березу, о которой русский народ сложил много красивых песен...

Этот день, эта грозная туча, березовые веточки в руках и рассказ директора навсегда запали в души учеников. С этого дня для каждого из них береза стала мила и дорога.

Родион Березов

“Бог мой – скала моя, на Него я уповаю...” (2 Цар. 22:3).

История написания его такова. Во время сильнейшей бури, когда дождь лил потоками, сверкали молнии, раздавались оглушительные раскаты грома, Топледи нашёл убежище в скале. Там он написал этот гимн. Эта скала, расположенная недалеко от Бристоля в Англии, является центральным местом, где ежегодно отмечается день рождения Топледи, – 4-е ноября. Евангельское основание этого гимна можно найти в следующих местах Библии: Исх. 33:22; толкование камня – 1 Кор.10:4; описание распятия Христа (“Кость Его да не сокрушится”) – Иоан. 19:33-34.

Критики нескольких поколений разбирали каждый куплет гимна, находя всевозможные литературные недостатки. Тем не менее, свыше полутора сотен лет во всех частях мира люди всех классов на многих языках продолжают петь это простое, но глубокое послание в поэтической форме.

Вот некоторые примеры того, как глубоко воздействовал это гимн на сердце, как его цитировали и пели в разных обстоятельствах.

Гладстон, великий государственный деятель при королеве Виктории, когда лежал при смерти, будучи спрошен, какой гимн он хотел бы послушать, прошептал: “Благодатная скала мне спасение даёт... Я пришёл к Тебе, мой Бог! Я был наг, и Ты одел...”

Современник Гладстона, принц Альберт, особенно любил слова третьего куплета этого популярного гимна. Когда он тоже был близок к концу своей жизни, он повторял снова и снова: “Я пришёл к Тебе, мой Бог! Я был наг, и Ты одел”.

– Видите ли, – объяснял он, – у меня было всё, чего только душа могла пожелать: богатство, почести, слава. И всё же в такой критический час каким я был бы несчастным, если бы это было единственное в этом мире, на что я мог бы положиться.

“ТЫ ОМЫЛ МЕНЯ В КРОВИ, Я СОКРЫТ В СКАЛЕ ЛЮБВИ.”

Известный певец в Англии был ранен в горло в битве при Марни во время Первой мировой войны. Ему предстояла операция. Хирург предупредил его, что он потеряет способность говорить. Когда певец услышал это трагическое для него заявление, он медленно произнёс: “я был певцом двадцать лет. Скоро я потеряю возможность петь. Я бы хотел спеть последний раз”. Присутствовавшие при этом подумали, какую же песню он выберет из своего обширного репертуара. Тогда он начал петь прекрасные слова гимна “Благодатная скала”: “СРЕДИ ГОРЯ И НЕВЗГОД ОН МНЕ СИЛУ ПОДАЕТ...”

Однажды в Англии, после обвала в шахте, оказалось, как в ловушке, довольно большое число шахтёров. После двухдневных спасательных работ спасатели услышали звуки. С надеждой они спросили, есть ли кто живой?

– Да, – послышался слабый голос, – но меня придавило обломком породы.

– А есть ли кто ещё с тобой?

– Да, со мной Иисус. Я впервые узнал о Нём из гимна, которому учила меня мать.

И он запел в темноте дрожащим голосом: “Среди горя и невзгод Он мне силу подаёт...” Это были его последние слова. Когда через некоторое время спасатели добрались до него, на его застывшем лице была улыбка, потому что он ушёл, чтобы находиться с Тем, Который долгое время был его скалой.

Да, “Благодатная скала” поётся в домах богатых и бедных; этот гимн поётся известными певцами и уличными шарманщиками; он поётся на одрах болезни в госпитальных палатах; эти, дающие надежду, слова несутся над морскими волнами, когда терпящий бедствие корабль медленно погружается в водяную пучину.

Какую песню изберете Вы, когда встретитесь с разочарованием, трагедией или смертью?

***

Благодатная Скала

Мне спасение даёт;

От греха, порока, зла

Я в ней вижу свой оплот.

Из скалы Христа струёй

Льётся ток воды живой.

Я не мог соблюсть закон

И был к смерти осуждён;

Грех преследовал меня,

Сердце жёг сильней огня.

И я мог найти покой

Лишь в скале Христа святой.

Я пришёл к Тебе, мой Бог,

Я был наг, и Ты одел.

Я был беден, Ты в удел

Дал мне дивный Твой чертог.

Ты омыл меня в Крови;

Я сокрыт в Твоей любви.

Благодатный Божий свет

Оградил меня от бед,

Среди горя и невзгод

Он мне силу подаёт.

Никого я не страшусь:

Ввек со мной скала – Иисус!

С англ. Г. Мехонцева