Иоанн рассказывает о Марии, которая целый фунт экзотического мира (годичный заработок!) вылила на ноги Христа (Иоан.12:3-5), когда одной унции было бы вполне достаточно. Не расточительство ли это?

Марк говорит о вдове и ее двух монетах (Мр.12:41-44), как бы умаляя роль крупных жертвователей.

Матфей подчеркивает “несправедливость” оплаты труда, когда те, кто проработал 12 часов под палящим солнцем, получили за свой труд не больше тех, кто проработал только один час (Мф.20:11-16).

Благодать, оказывается, не всегда «справедлива». Почему две монеты вдовы считаются дороже, чем миллионы богача? И какой работодатель станет платить одну и ту же плату тому, кто работал весь день, и тому, кто пришел в конце дня?

Почему Бог избрал обманщика Иакова, вместо старательного Исава? Зачем готовить неприглядного пастушка Давида на царство в Израиле? Почему Соломон – продукт неверности своего отца – награжден небывалой мудростью?

Иисус намеренно дает нам пример благодати, а она не вычисляет. Благодать – дар Божий, а не заработок, о чем ясно сказано в ответе хозяина в притче: «Разве я не властен в своем делать, что хочу?» (Мф.20:15).

«Завистлив ли ты, Саул, потому что Я добр к Давиду? Ревнуете ли вы, фарисеи, из-за того, что Я открыл доступ язычникам, которые пришли позже? Огорчены ли вы тем, что я ценю молитву мытаря выше фарисейской, или тем, что Я принял исповедь разбойника в последнюю минуту и ввел его в рай? Все это вызывает у вас зависть? Осуждаете Меня за то, что Я оставил стадо, чтобы спасти заблудшую овцу, или подал на стол упитанного теленка блудному изменнику?» – обличает Господь.

Хозяин не обманул тех, кто работал весь день, ведь они получили обещанное. Их недовольство возникло из-за «скандальной» арифметики благодати. Они не могли смириться с тем, что хозяин имел право распоряжаться, как хотел, своими средствами, пожелав уплатить нанятым в конце дня в 12 раз больше, чем они заслужили.

Мы недоумеваем по поводу странного поведения хозяина, рискуя утерять при этом то основное, что хотел сказать Господь: Бог раздает подарки, а не плату. Реальность говорит, что некоторые работники могут заработать или заслужить больше других. В благодати же слова «заслужить» не существует.

F. Buchner говорит: «Люди готовы ко всему, за исключением факта, что за тьмою их слепоты существует свет. Ломая спины, пашут и перепахивают свое старое поле, не замечая, что в нем закопан клад. Люди готовы принять сурового Бога, но не Бога, Который может дать за один час работы столько же, как и за весь день. Люди могут принять скудную закуску, но не брачный пир».

Иуда и Петр выделяются своими математическими способностями. Иуду не избрали бы на должность казначея, если бы он не знал финансового дела. Петр был любителем деталей. Он всегда хочет точного учета. Когда Иисус сотворил чудо улова рыбы, Петр нашел нужным пересчитать улов – 153 большие рыбы. Кто, кроме математика, поклонника точности, стал бы пересчитывать скользкую добычу?

В характере дотошного Петра было стремление выработать формулу благодати: «Сколько раз я должен прощать брату моему, согрешающему против меня? До семи ли раз?» Иисус мгновенно ответил: «Не говорю тебе: “до семи”, но до седмижды семидесяти раз» (Мф.18:21,22). Прощение не подсчитывается.

Вопрос Петра вызвал притчу о слуге, задолжавшем десять тысяч талантов. Конечно же, слуга не мог уплатить такой большой долг. Остается одно: господин сжалился и отпустил слугу безнаказанно. И вдруг неожиданный поворот: прощенный слуга сводит жестокий счет с товарищем из-за незначительной суммы, которую тот задолжал ему, и бросает его в темницу (Мф.18:23-30). Жадность не знает благодати.

Спросим себя: возможно ли не прощать друг другу в свете того, что простил нам Бог? С самого детства мы стремимся предъявлять свои права. О, если бы мы всегда помнили, что мы не получили того, что заслужили! Мы заслужили наказание, а получили прощение. Заслужили темницу, а получили свободу. Заслужили проклятие – получили милость.

Благодать решает проблему отношения Бога к человеку. С одной стороны, Он любит нас, с другой – наше поведение антипатично Ему. В людях Бог желает видеть отражение Себя, но видит лишь жалкие осколки этого отражения. И все же Бог не сдается. «Мои мысли – не ваши мысли, ни ваши пути – пути Мои», – говорит Господь (Ис.55:8). Он, создавший Небо и Землю, силен соединить любое расхождение между Собой и Своим творением. Михей восклицает: «Кто Бог, как Ты, прощающий беззаконие и не вменяющий преступления остатку наследия Твоего? Не вечно гневается Он, потому что любит миловать» (7:18).

Иногда Божии эмоции противоречивы. Он как бы колеблется между нежными чувствами к Своему созданию и угрозой суда: «И падет меч на города его, и истребит затворы его, и пожрет их за умыслы их, – предупреждает Он и тут же сетует: – Как поступлю с тобою, Ефрем? Как предам тебя, Израиль?.. Повернулось во Мне сердце Мое, возгорелась вся жалость моя! Не сделаю по ярости гнева Моего, не истреблю Ефрема, ибо Я – Бог, а не человек; среди тебя – Святый...» (Ос.11:6,8-9).

Бог сохраняет за Собой право изменять меры возмездия: «Я – Бог, а не человек... Разве Я не имею права распоряжаться Моими решениями?» Бог пойдет НА ВСЕ, чтобы опять собрать Свою семью.

Каждый раз, читая Божьи речи, которые начинаются строгостью, а затем растворяются в Его слезах, удивляешься, как Бог может переносить такие унижения опять и опять, и опять. «Как поступлю с тобой, Ефрем? Как предам тебя, Израиль?» Бог сознательно сдается силе неистощимой любви.

Ап. Павел знал лучше, чем кто-либо другой, что благодать не заслуживается: «...А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать» (Рим.5:20).

Сбитый благодатью с ног по дороге в Дамаск, он никогда уже не избавился от ее влияния. Это слово повторяется в каждом из его посланий, т. к. благодать – это самое лучшее, что он мог пожелать каждому. Благодать – это самое лучшее, что он сам получил, будучи «первым грешником», заверяет он нас.

Бог любит нас, благодаря тому, Кто Он есть, а не из-за того, кем являемся мы.

Благодать удивляет нас, потому что противоречит нашей логике, утверждающей, что за несправедливость нужно расплачиваться. Но цена уже уплачена Самим Богом, отдавшим Сына Своего в жертву за наше непослушание. Благодать ничего не стоит получающему, но цена ее чрезмерно велика – цена смерти на кресте Того, Кто Сам ее дал. Благодать потому и свободна, что платит дающий.

История христианства знает двух оппонентов теологии IV столетия: Августина и Пелагиуса. Августин, небрежно растратив свою юность в грехе и удовольствиях, решил стать на путь Божий, и, начав благодатью, он преуспел в настойчивых поисках Бога. А Пелагиус методично старался угодить Богу, чтобы заслужить Его расположение, и потерпел неудачу.

Христос призывает не заслуживать, а следовать за Ним. Почему же мы все еще пытаемся заслужить любовь Христа? Почему так трудно ее принять? Потерянные надежды, провалы, чувство вины закупоривают нас в непроницаемую для благодати скорлупу. И лишь иногда мы догадываемся, что притчи о благодати говорят обо мне: это я, ради кого пастух оставил стадо; это я, из-за кого отец всматривается в даль; это я тот слуга, чей долг был уплачен.

Как близкого друга Иисуса меня любит Бог. А если сомневаемся, посмотрим в Библию, где найдем имена тех, кого любит Бог: Иакова, который осмелился бороться с Ним и был поврежден, но впоследствии стал образцом для народа Израильского (Ос.12гл.). Основателем Церкви стал ученик, клявшийся, что никогда не знал Иисуса. Савл, ставший апостолом благодати, слугой Иисуса Христа, величайшим миссионером, в прошлом был гонителем Церкви.

Если Бог смог полюбить таких людей, Он может полюбить и каждого из нас и принять нас за царским столом Божьей благодати.