|
Взрослые
– чудаки! Они думают: какой глупый
ребенок! Ему купили дорогостоящую
заводную машинку; она и ездит сама, и
рулит, и трещит, как настоящая, даже
бибикать может, а он возит ее
собственноручно по полу, протирая
коленки, сам трещит, сам рулит, сам
бибикает за нее...
На
самом деле недостаточно умны взрослые.
Им невдомек, что ребенку трех-четырех
лет неинтересно сидеть на месте и
глядеть, как что-то там движется. Ему
самому хочется двигаться, действовать,
делать, творить. Он не дошел еще до того
состояния, когда высшим счастьем
почитается сидеть, сложа руки, зевая и
глядя по сторонам. Правда, постепенно
его можно к этому приучить. Как
говорится, при усердии и зайца можно
научить зажигать спички. Но это уже
будет насилие над его природой.
Понаблюдайте,
как самозабвенно малыш возит по комнате
свой самый простой грузовичок (иной раз
за грузовик сойдет и обыкновенная
деревянная чурка), как он фырчит и гудит,
подражая шуму машины. Воображение его и
энергия кипит и бьет через край. Он
всерьез представляет себя всамделишным
шофером и даже самой машиной. И ничего уж
тут не поделаешь – в этом возрасте он
романтик больше, чем в каком-нибудь
другом.
Интерес
к заводным игрушкам появится у ребенка
позже. Но и тогда он не в силах будет
часами глазеть, как ездит заводная
машинка. После первого чувства
удивления проявит себя природная
любознательность. Малышу захочется
узнать, отчего машина ездит, что ее
заставляет двигаться, и он принимается
игрушку ломать.
И
нечего приходить в ужас. Нечего кричать:
«Не бережет! Не жалеет! Не надо покупать
ему игрушки, все равно на один день!» и т.
д. От того, что ребенок разберет игрушку
да увидит, что там внутри, получится в
двадцать раз больше пользы, чем, если он
до самой старости будет бездумно
глядеть на нее. И дело здесь не только в
том, что, ломая игрушку, ребенок
постигает нехитрую механику,
заставляющую ее двигаться, но и в том,
что при этом удовлетворяется,
упражняется его познавательный
инстинкт, его творческий,
исследовательский порыв, что
небезразлично уже для формирования
самого характера, самого склада его ума.
И
чего только не придумают взрослые для
своего удобства, а ребенок ради них,
значит, сиди на корточках! Да оденьте вы
его лучше во что-нибудь старенькое, но
дайте побегать, попрыгать, покопаться в
песочке, покувыркаться в траве,
поваляться в снегу, сделать запруду в
луже, да мало ли чего! Ведь ребенок
формируется в игре. Пока пройдет детство,
он должен успеть развить все свои
мускулы, а не одни только «корточки». К
тому же, что из него выйдет, если он
начнет думать лишь о том, как бы не
упасть, да не замараться, да пройти по
жизни как-нибудь этак, чтоб не прилипла к
штанам пушинка или соломинка? Что за
характер, что за натура, что за
мировоззрение сформируются при этом?
Здесь и думать, казалось бы, не о чем, да
куда там! До мировоззрения ли тут, когда
штаны разодрать можно!.. К сожалению,
многие взрослые ведут себя так, будто
уверены, что для ребенка самое главное –
это научиться беречь, хранить, экономить,
копить.
Не
следует, конечно, думать, что детей надо
замарашками водить. Костюмчик может
быть и не первой свежести, но стираный.
Когда же малыш отправляется в гости или
куда-нибудь в общественное место, можно
и во все новенькое нарядить. Вот тут
пусть он и приучается бережно
относиться к вещам. Но не нужно все же
делать из штанов и рубашки культ. Не
нужно приходить в неистовство, если дитя
как-нибудь ненароком испачкало платье. А
то ведь послушать дворовую бабку, так
просто мороз по коже! Девочке от роду и
двух лет нет, а тут и «тварь», и «дрянь», и
«задушу», и «паршивка», и «холеры на тебя
нет»... В ужас приходишь. Разбойников не
костят такими словами, какие приходится
выслушивать этой бедной девчушке. Уж до
такой степени не эстетично все это, что и
сказать нельзя!
И
еще одно обстоятельство. Когда ребенок
лепит или рисует (пусть это будет самое
первичное, беспредметное размазывание
по бумажному листу краски), мышцы рук его
укрепляются, пальцы приобретают
способность к более точным движениям,
начинают лучше повиноваться мозгу, а это
ох как понадобится малышу, когда он
начнет учиться писать. Ведь рука
человеческая не приспособлена для таких
тонких движений, какие требуются при
письме, и поэтому полезно потренировать
ее.
Словом,
и без слов ясно, что отнимать у малыша
пластилин, глину и краски не нужно даже в
том случае, если он может испачкать пол
или замарать ручонки. А к взрослым,
которые это делают, стоило бы применять
какие-нибудь крутые меры (можно пороть
ремнем), так как своим необузданным
поведением они могут нанести вред
ребенку и загубить заложенный в нем
талант, а этого прощать уж никак нельзя.
Величайшим заблуждением человеческого
ума является мнение, что воспитывать
надо только детей. Нет, воспитывать надо
и взрослых!
N.N. |