Читая притчу о сеятеле, мне вспомнилась большая евангелизация, на которой известный проповедник обращался к огромной аудитории с призывом к покаянию. Одних этот призыв оставлял равнодушными, других поднимал с места и вел к стопам Мессии. Среди присутствующих были многие, приглашенные мной, и я мог проследить, как складывалась дальнейшая жизнь некоторых из них.

„И когда сеял, случилось, что иное упало при дороге...”

После богослужения, в вестибюле, я услышал разговор двух слушателей.

– Взрослые люди, а занимаются ерундой. Вера – пережиток прошлого, – высказывал свое мнение один из них. – Eе пора на свалку истории. Бездельники! В стране такие проблемы, а они о чем думают? На Бога надейся, а сам не плошай. Ну надо же, в наш век технического прогресса забивать людям голову бабушкиными сказками!

– Слушай, а ведь он, наверное, прав, – задумчиво возразил другой, – в этом действительно что-то есть.

– Да он это в книге вычитал, ты почитай Библию – и тоже таким грамотным будешь.

– Да ну! Мне бабка говорила, что если читать эту Библию три дня и три ночи, то можно с ума сойти!

– Нет! Она такая толстая, откуда у меня столько времени? В мире каждый день уйма новой информации!

– A ты читал эту новую брошюру о полтергейсте? Здорово написано...

– Да, говорят, есть и продолжение, там новое объяснение представлено. Я как раз ищу его.

– Я могу дать тебе почитать, но мне не очень нравится, как они это увязывают с НЛО, мне больше по душе мнение о том, что наш мозг...

Продолжение разговора я уже не слышал, так как беседующие вышли из здания.

„И налетели птицы, и поклевали то...”

„Иное упало на каменистое место и скоро взошло, потому что земля была неглубока...”

Один мой знакомый принял с радостью благую весть и вышел после собрания, переполненный чувствами восхищения и удовлетворения.

– О, это совсем не то, что я знал раньше, – говорил он. – Гораздо лучше жить с Богом! Как хорошо и мирно на сердце! Поймут ли коллеги?

Преуспевая на работе и имея большие перспективы в плане карьеры, мой новообращенный знакомый не мог посещать общения, библейские кружки и собрания. Спустя несколько месяцев, встретив его на улице, я спросил о жизни, работе, о вере и услышал от него о случае, произошедшем с ним на работе.

Однажды начальник вызвал его и предложил подписать накладную о непоступившем товаре. Мой знакомый, напряженно думая о своем новом положении верующего человека, не решался сделать этого.

– Что с вами? – удивился шеф. – Разве мы раньше не проделывали это вместе множество раз?

– Видите ли, – нерешительно начал оправдываться мой знакомый, – бывает, что у человека меняются взгляды...

– Ах да, я слышал от коллег о вашем новом хобби – в Бога верить...

– Простите, но это не новое хобби, это новая жизнь! – уже смелее попытался объяснить мой знакомый.

– Ну вот и чудно. Главное, чтобы ваша новая жизнь не сказывалась отрицательно на производственных отношениях, карьере, в конце концов...

– Но какое отношение имеет вера к карьере? – удивленно воскликнул подающий надежды служащий.

– Вот именно, никакого! Мы же с вами из одной кормушки питаемся; как говорится, “одним миром мазаны”. Подписывайте, время – деньги! – раздраженно закончил начальник.

Морально и духовно слабый подчиненный повиновался, на что шеф довольно ответил:

– Вот и отлично, я рад, что у нас прежние дружеские отношения, а вы впредь будете правильно расставлять приоритеты.

Прощаясь со мной, мой давний знакомый заключил: „Вера есть вера, а гешефт есть гешефт”.

„Когда же взошло солнце, увяло и, как не имело корня, засохло...”

Одна семья, уверовавшая во время евангелизации, некоторое время посещала нашу общину. Глава семьи даже серьезно занялся изучением Писания, а их дети посещали воскресную школу. Со временем жена стала охладевать, считая, что, читая Библию, муж увиливает от домашней работы. Не помогло и чтение вслух. Затем появились разногласия в финансовом плане. Муж пытался побуждать жену щедро жертвовать, ссылаясь на Библию: „Каждый уделяй по расположению сердца, не с огорчением и не с принуждением; ибо доброхотно дающего любит Бог”.

– Ну, конечно, – возмущалась жена, – мы вкалываем, а они к нам в кошелёк заглядывают. Пожертвование – дело добровольное: сколько могу, столько и даю.

– Правильно, – настаивал муж, – ведь даже написано: „Работайте, чтобы было из чего уделять нуждающимся”.

– Интересно, а я, может быть, тоже в чем-то нуждаюсь! – не унималась его супруга. – Лучше помоги мне по дому, а потом почитаем спокойно.

В доме начиналась суматоха, которая заканчивалась поздним вечером, когда уже было не до чтения Писания, да и телевизор хотелось посмотреть перед сном. И все чаще происходили такого рода разговоры:

– Пошли спать, завтра на собрание с утра.

– Слушай, не будь ты таким занудой, надо же и о детях подумать и им немного внимания уделить. Или Бог этого не хочет?

– И что же ты предлагаешь?

– Можно с детьми в театр сходить или в планетарий.

– Так это можно сделать и после богослужения.

– После богослужения уже дня не остаётся, а я бы хотела еще в кино сходить. Нельзя же быть таким ограниченным.

– С детьми, что ли, в кино?

– Да нет же, дети дома останутся, телевизор посмотрят, мы ведь тоже люди...

– Ну, значит, завтра выспимся?

– Да, хоть раз за неделю.

– Слушай, а ведь в следующие выходные мы с ребятами на шашлыки с утра едем. Oпять на собрание не пойдем?

– Значит, пойдем, когда будет время...

Давненько уже не появлялась эта семья в нашей общине.

„И терние выросло и заглушило семя...”

Один из молодых людей, уверовавших на евангелизации, стал активно интересоваться духовными вопросами: читал много духовной литературы, посещал библейские занятия, семинары, общался со старшими братьями по вере, участвовал в различных служениях своей общины. Однажды я встретил его на центральной улице города в составе группы молодежи, распространявшей трактаты, и поинтересовался его успехами в служении. Оказалось, что он в течение нескольких лет вел библейские занятия с группой молодых людей, многие из которых сегодня также руководят молодежными группами, а он является пастором недавно созданной общины.

„И дало плод, который взошел и вырос, и принесло иное тридцать, иное шестьдесят, и иное сто”.