Люди стали смотреть на звезды слишком абстрактно: «От звезды 10 свет идет 100 000 световых лет»... «От галаксии 5 свет идет миллионы световых лет» и т.д. Эти реальности не вмещаются в наше сознание. Гаснет в них земное представление, хладеют разум и чувства.

Древний эллин, смотря на звезды ясной аттической ночью, дрожал от религиозного благоговения. Он не смел ничего совершить перед этими звездами, чего бы он не мог совершить в храме.

Человечество забыло этот свой древний трепет перед звездами. Оно перестало видеть, что престол в храме есть престол Духа.

Непостижимо и дивно величие Вселенной в ее огромности и одновременно малости! Наполнена она огнем и жизнью, и духом некоей божественной меры. Все соединено в ней в одно непостижимое живое единство. Звездный мир пылает огнем близости к Творцу. И оттого так трепещет живая душа, смотря на звезды.

Человек менее чем пылинка пред этими облаками безмерных сверхпространств. А весь Космос – не пылинка ли он? Я хотел сказать «потерянная», но нет, не потерянная, но сберегаемая и хранимая в воле и разуме Единого Триипостасного Божества... «Вот, я начертал тебя на дланях Моих», – так Бог сказал человеку (Ис. 49 16).

Земля нам дана, как средоточие нашего Космоса, и мы на земле – центр. «Центром» человек и его земля являются не по теории старого наивного средневекового геоцентризма, а по той высшей духовной парадоксальной истине, по которой «центром» Вифлеема оказались ясли Христовы, а «центром» древней Иудеи стал Вифлеем; и тот народ, в котором воплотился Бог, в свете этого Боговоплощения, стал живым нравственным центром человечества. Не во дворце римского или иного кесаря нашел Себе приют открывшийся творению Сын Божий, а на соломе Вифлеемской.

Поразмыслим над этой истиной. Она многое открывает уму и сердцу.

Надо нам войти в область новых аксиологических отношений, в новую психологию и духовную логику веры, и мы увидим, что малое может быть более значительным, чем великое. Это верно не только в духовной, но и в материальной области. Малый драгоценный камень в большой горе может быть драгоценнее и больше всей горы! И то, что кажется в мире «первым» легко может оказаться (это и утверждает Евангелие) «последним», а «последнее» стать – «первым».

Сталин и Гитлер были первыми в своих странах, а когда их разоблачили, стали последними. Такова, конечно, участь и Мао Цзэ Дуна, и других, обращаемых в идолов, людей. Они будут противны всем.

Невозможно рассматривать мир, как область одной только пространственной протяжимости, только одних материальных ценностей. Бытие есть прежде всего феномен духа; измеряется бытие не только геометрией, математикой, но и истиной, духовным измерением нравственной чистоты. Евангелие открывает человечеству эту Тайну. И современная наука ее подтверждает своими открытиями.

Человечество психологически растерялось в космосе. Земля астрономически теряется в пустыне звездных Солнц. И человечество распыляется в своих интеллектуальностях и отвлеченностях. Люди выпали из рая целостной внутренней жизни и духовных постижений; они очутились во тьме внешних фактов, явлений, отношений и оценок. Вот что повлек за собой грех падения. Об этом и говорит Библия в повествовании о падении человека.

Необходимо вернуться в «Отчий Дом», к светлой вере в Бога, к высшему пониманию человека. Рай не на звезде «Альфа», а в «Альфе и Омеге» – Христе, в духовной «Звезде Утренней», о Которой говорит Откровение ап. Иоанна. Не где-то на периферии или в центре Млечных путей Космоса (как бы ни поражала и ни блистала Вселенная своими миллионами миллионов Солнц), а внутри самой жизни в Логосе и Духе Святом центр бытия. Как наивны были те древние богословы, которые спорили с такими же наивными астрономами, не выводя свою мысль из душной бесконечности физического пространства.

Ценность нашей Земли не в том, что она «самая большая» или «самая совершенная». Ценность ее в том, что на ней, такой малой, как Вифлеем, и убогой, как ясли, и, может быть, самой грешной Земле Творения (по-видимому, наиболее оскорбившей Бога) воплотился Он Сам, Бог милосердия и любви. В безднах своей духовной свободы, Земля, может быть, более, чем все звезды и планеты мира, отрицала своего Творца; и потому на ней вочеловечился Творец, выйдя навстречу всей смертной убогости этого человечества, отринувшего свою свободу в Боге. Божественному Духу Любви свойственно было, как бы, «оставить» 99 мириадов сияющих творений и прийти к нашему грешному, потухшему и жалкому человечеству, готовому разорвать самих себя; и народ, который, может быть, наиболее боролся с ослепляющей правдой Неба, первым получил благодать небесной милости.

Звезда Антарес, в созвездии Скорпиона, в 36 миллионов раз больше нашего Солнца, которое в 1 290 000 раз больше Земли. И это только одна звезда. А ядро атома водорода, протон, имеет диаметр, равный, приблизительно, одной миллион миллионной доли миллиметра! В малом открывается такая же звездная бездна, как и в величайших континиумах Вселенной. А человек, поистине, стоит среди этих бездн, верхней и нижней, удерживаясь меж этими безднами безмерной Божьей любовью и силой. Человек призван созреть для вечности.

Погружаясь в тайны материи, эмпирическая наука находит ту же самую истину, о которой простым и ясным языком уже тысячелетия говорит откровение Библии, обращаясь и к самому простому, и к самому мудрому сознанию человека.

Что представляет собою огромная Сахара перед одним человеком, остановившимся среди ее песков для размышлений и молитвы к Творцу?! Сахара физически «больше» человека, но молящийся среди нее человек духовно больше Сахары. И звездные, и атомные миры призваны своим величием, своим безмолвием и своей тайной учить человека ТОМУ, что он – сын Божий, учить смирению пред Творцом. И если эти звездные и атомные океаны и пустыни могут научить хотя бы одного человека истине Божьего Бытия, любви к Богу, их существование оправдано и бытие благословенно.

Самый великий мир сокрыт не в движении звездных миров и не в ужасающей материальной энергии атомов, а в глубине духовной Истины Господней. И самым великим предназначением всех мировых Солнц, сияющих в ночи мира пред нами, остается – привести к Небесному Отцу хотя бы одного человека. А может быть, и все человечество!

«Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь» (Псал. 18:2).