|
(Продолжение.
Начало в пред. номере)
Когда
он произнес эти слова, то я, продолжая,
сказал:
–
Мы, верующие, и не говорим, что эта сила
постижима. Так и написано в Библии, что
разум Его неизмерим (Пс. 146:5) и неисследим
(Исаия 40:28).
Но
не только Творец непостижим,
непостижимы и Его творения, что я и
постараюсь вам доказать. Вы отрицаете
чудеса Божии, а скажите, пожалуйста,
можете ли вы, ученые люди, измерить
пространство и сказать: есть ли ему
начало и конец, или нет ему ни начала ни
конца?
Вы
не можете этого сделать при всей своей
науке двадцатого века и не можете
сказать ни того, ни другого, так как это
выше всякой науки.
А
обследовать Вселенную вы можете? Можете
ли вы сказать, есть ли на отдаленных
планетах (на многие миллионы километров)
живые существа? Разумны ли они, или такие
же глупые, как мы, люди? Нет, и это
недоступно для познания вам, людям науки.
Да
что и говорить, есть очень и очень много
еще для людей науки непознаваемого и
совершенно недоступного к познанию.
Возьмем, к примеру, такое малое из
творений великого Творца, как маковое
зерно. Оно так мало, что его легко химику
разложить на составные части и
определить, сколько оно содержит в себе
жиров, белков и т. д.
На
первый взгляд кажется, что его легко
можно изучить и создать. Но это только
кажется так. На самом же деле оно так же
недоступно для людей науки, как и для
людей неученых; наука не может его
создать, хотя и известно, из чего оно
состоит.
Почему
же нельзя его создать? Потому что, чтобы
его создать, нужно вложить в него закон
жизни (закон питания и размножения). Но
так как этот закон невидим в зерне, то
его нельзя ни познать, ни вложить в зерно.
Поэтому
созданное наукой зерно будет мертво. Оно
не будет расти и не принесет плода.
Маковое зерно также есть чудо, потому
что оно непознаваемо человеком.
Вот
вам один из многих фактов, ясно
доказывающий ограниченность
человеческих познаний и ограниченность
органов познания. Так что не только
Вселенная есть чудо, но и самое малое из
творений Творца есть чудо. А между тем,
естественное зерно, посаженное в землю,
может принести плод в тысячу зерен и
может покрыть всю землю в течение
нескольких десятков лет.
Какая
же жизненная сила вложена в такое
крошечное зерно! А сколько таких чудес
есть в природе! Им нет числа, и как же
можно их отрицать?
Недаром
Кант говорит, что «вещь сама в себе
непознаваема»!
А
сколько экспериментов производят люди
науки, чтобы искусственным путем
создать клеточку, чтобы научным путем
доказать происхождение жизни на земле и,
таким образом, подвести фундамент под
материалистическое миропонимание, что,
дескать, жизнь сама собой появилась на
земле, без вмешательства посторонней
разумной силы. Но напрасный труд! До сих
пор ни одного организма, даже самого
простейшего, как амеба, искусственным
путем наука не создала!
Итак,
не только Творец непостижим,
непостижимы также и Его творения, даже
самые малые. Так и написано, что вы, люди,
не можете и малейшего сделать, «одного
волоса на голове вашей не можете сделать
белым или черным» (Матф. 5:36). Бог «Сам
есть жизнь» (Иоан. 5:26). Он создал
неорганический и органический мир (Быт.
1:1-11), дал всему назначение и дал законы
природе (Исаия 45:12). Он вложил в Свои
творения закон жизни, чтобы они могли
распространяться, каждое по роду своему
(ст. 12). О Нем Христос говорит, что Он
повелевает солнцу светить как добрым,
так и злым, и посылает дождь, как для тех,
так и для других (Матф. 5:45). Ибо Отец наш
благ и к неблагодарным, и злым (Лук. 6:35).
Вот
почему мы молимся Ему, ибо мы видим и
чувствуем попечение о нас нашего Отца,
Который приготовил для нас все
необходимое: свет, тепло, воду, воздух,
соль, витамины и многое другое, без чего
мы не могли бы существовать и самое
малое время.
Мы,
люди, все иждивенцы, так как, придя в мир,
мы ничего не принесли, а всем пользуемся.
Мы живем в Его доме, пользуемся Его
дарами: освещением, отоплением, водой,
пищей и многим другим, и вся наша жизнь
зависит от Него.
Отними
Он от нас одно из Своих благ, и мы не
сможем существовать и самое малое время.
И когда мы отправляемся в дальнюю дорогу,
то также молимся Ему, чтобы Он сохранил
нас от опасности и дал бы нам
возможность благополучно совершить
путь.
Поэтому
человек этот, который помолился,
отправляясь в путь, ближе к истине, чем
вы, человек ученый, а посему он ближе и к
Богу.
Вас
наука не приблизила к Богу, а удалила от
Него. Но верующий человек душой своей
чувствует и ощущает Бога в сердце своем,
как малое дитя, не имея еще ясного
сознания, находясь на руках матери и
питаясь ее грудью, чувствует заботу и
попечение своей матери.
Что
же касается знания и наук, то разница
будет невелика между ученым и неученым
человеком, так как знания их обоих
ограничены и они оба больше не знают, чем
знают.
Как
для того, так и для другого есть много
непознаваемого. Вот почему я и сказал в
начале нашей беседы, что вы не имеете
нравственного права смеяться над
верующим человеком.
Когда
я окончил свою речь, то мой собеседник
сказал:
–
Ну, предположим, что все это так, но вот в
существование души я абсолютно не верю.
Будучи хирургом и изучив анатомию и
физиологию, я не обнаружил в организме
человека никакой души и еще больше
убедился в этом, изучая
экспериментальную медицину и производя
различные эксперименты как над живыми,
так и над мертвыми людьми.
Таким
образом, наша беседа перешла к вопросу о
душе, и я должен был доказывать ученому
человеку, что у него есть душа. Но прежде,
чем приступить к доводам, доказывающим
существование души, я позволил себе
такую шутку: «На востоке существует
такое учение, которое не разрешает людям
употребление мяса. Это браманизм.
Однажды к брамину приехал ученый
европеец. Брамин начал высмеивать этого
европейца, когда узнал, что он ест мясную
пищу, такими словами: «Вот вы, европейцы,
пожираете быков, овец и всякую птицу и из
своего желудка сделали кладбище и
называете себя культурными и
цивилизованными людьми, а нас называете
дикарями, отсталым и некультурным
народом, а на самом деле мы культурнее
вас. Скажи мне, уважаемый профессор,
сколько ты съел за свою жизнь быков, овец,
телят и кур? Если бы все они вышли из
твоего желудка, то получилось бы большое
стадо, которое бы бекало, мекало и
кукурекало». Тогда европеец спросил у
брамина: «А разве вы ничего не
употребляете в пищу из живых организмов?»
Тот ответил: «Нет, нам Брама запретил. Мы
можем питаться только растительной
пищей, а лишать жизни живые существа мы
не имеем права». Тогда европеец спросил:
«А воду вы пьете?» «Конечно, пьем», –
ответил брамин. «А ну, принеси мне воды,
которую вы пьете».
Брамин
принес стакан, и поставил его на стол.
Профессор, достав из своего чемодана
микроскоп, сказал: «А ну, посмотри, что вы
пьете».
Брамин
посмотрел и ужаснулся: «Неужели мы
поглощаем такую массу головастиков и
всяких живых существ?» «Да, – ответил
профессор, – вы их живьем поглощаете
миллионами».
Брамин
поверил, потому что увидел своими
глазами. Но ведь то был дикарь и его
нельзя было убедить без микроскопа, а
как же я могу убедить ученого человека
без микроскопа? Ведь вы сказали, что,
изучая организм человека, вы не
обнаружили никакой души, т. е. не видели
ее своими плотскими очами.
Мой
собеседник понял шутку и сказал:
–
Значит, вы меня считаете дикарем?
Но
я сказал ему:
–
Часто ученые люди уподобляются дикарям,
которые верят только тому, что видят. Но
я постараюсь доказать вам, что у вас есть
душа, хотя она и недоступна вашему
зрению, да и микроскопа еще не изобрели,
в который можно было бы видеть душу.
Скажите, уважаемый профессор, что вы
называете в себе «я»? «Я знаю», –
говорите вы, а что такое «я»?
Он
ударил себя в грудь и сказал:
–
Вот я!
–
Но это же грудная клетка, а не «я». Тогда
он, указывая на свою фигуру, сказал:
–
Все это есть я!
–
А сколько же весит ваше «я»? – был мой
вопрос.
–
Да я вешу всего четыре пуда.
–
Ну, а если вашему «я» ампутировать руки и
ноги, сколько оно тогда будет весить?
Он
подумал с минуту и сказал:
–
Наверно пуда три.
–
Но тогда вы уже будете не целым «я», а
только три четверти «я».
Он
засмеялся и сказал:
–
Да нет, мое «я» будет целым, хотя оно
будет без рук и без ног.
–
Вот видите, – говорю, – вы сами уже
доказали, что материя не есть «я» и что
ваше «я» не обусловлено весом. Вы весили
когда-то один пуд и называли себя «я», а
теперь весите четыре пуда и тоже
называете себя «я» и если похудеете на
один пуд, ваше «я» не уменьшится. Это
значит, что материя не есть «я». «Я» есть
духовное существо. Вернее сказать:
человек состоит из души и тела. Тело наше
есть материя, а душа наша есть дух. Но не
тело управляет духом, а дух управляет
телом, т. е. материей. Тело имеет свои
чувства, а душа имеет свои.
Материальными чувствами мы познаем
явления материального мира, а духовными
чувствами мы познаем явления духовного
мира, например, осязанием мы познаем
твердые и мягкие предметы, обонянием мы
различаем благовоние и зловоние.
Зрением мы различаем белое и черное. А
чем мы различаем добро и зло? Добро и зло
мы различаем не нашими пятью внешними
чувствами, а духовными чувствами,
например, мы говорим: «Это темное дело»
или: «Это темная личность, а это светлая
личность». Это уже духовные понятия. Не
материя темная, а дело темное и личность
темная. Может быть, эта личность одета в
самый лучший костюм, но она темная
личность, и наоборот, другая личность
может быть одета в плохой костюм, но сама
личность светлая.
Переходя
к духовным понятиям, которые
определяются нашими духовными
чувствами, я приведу такой пример:
представим себе человека, которому
угрожает голодная смерть. Не имея ни
средств к жизни, ни питания, ни топлива,
этот человек, придя голодным домой и
ложась в холодную постель, в темноте,
закрыв глаза, начинает думать о своем
положении: «Что мне делать? Неужели
умирать голодной смертью?» Он сам с
собой советуется. В его душе происходит
совещание. Одновременно он видит своего
соседа – богатого, упитанного, видит его
богатое имущество, хотя глаза его
закрыты. Каким же он зрением видит?
Конечно, не материальным, но он знает,
что этот сосед не только не поможет ему,
но и во двор его не пустит. И вот, его «я»
– разум – говорит: «Пойду убью соседа и
возьму, что нужно, чтобы не умереть с
голода», но другое чувство души, совесть,
протестует: «Не делай убийства, не ходи к
соседу». И вот, «я» человека раздвоилось,
стало два «я». Одно «я» говорит: «убей
соседа», а другое говорит: «не убивай».
Скажите, бывает так или не бывает?
Наконец, третий голос – воля человека –
говорит: «Да, пойдем, убьем, заберем, не
умирать же с голода». Таким образом,
вопрос решен большинством, т. е. разумом
и волей, а совесть подчиняется
большинству. Голос совести не принят.
Так что вопрос решен, вопреки совести.
Приговор вынесен: убить соседа. Разум и
воля действуют заодно! Но как
осуществляется этот план, составленный
в душе человека? Разум дает распоряжения
ногам, чтобы они шли, рукам, чтобы они
взяли револьвер, глазам, чтобы они
подсмотрели, а ушам, чтобы они
подслушали. Наконец, улучив удобный
момент, «я» человека дает распоряжение
указательному пальцу, чтобы он нажал
курок. Палец нажал курок, грянул выстрел
– и сосед убит. Спрашивается: кто убил
человека – рука? Нет. Револьвер? Нет.
Ваше «я» убило человека. Разум и воля,
приговорившие к смерти человека,
заставили участвовать в убийстве и руки,
и ноги, и даже внешние чувства: осязание,
зрение, слух. Таким образом, не тело, а
душа, состоящая из трех свойств: разума,
воли и совести – она убила человека, а
поэтому вся деятельность человека есть
деятельность его души. Если ваше «я»
наполнено добром, то оно заставит руки
делать добро людям; если же «я» человека
наполнено злом, то оно заставит руки
грабить и убивать, что мы и наблюдаем
вокруг себя.
(Окончание
в сл. номере) |
