Когда Господь все более и более вводит нас, Своих учеников в Свою школу – Свое Слово – Он, как великий и премудрый Художник и Зиждитель, взмахами Своего огненного угля рисует перед нами образ за образом; и эти образы жизненны, реальны; они выхвачены из самой гущи жизни.

Одним из таких живых и ярких образов является старший сын в притче Ев. Луки 15:12-32. Эта притча о двух сыновьях говорит нам не только о «блудных сыновьях» (падших, ушедших далеко от Бога людях). Она рисует образ и старшего сына, который никуда из дома отца своего не уходил; он был верен ему, добросовестно трудился.

Старший сын во время отсутствия своего брата видел переживания своего отца, его опечаленное лицо, поникшую голову; он слышал его вздохи о потерянном младшем сыне. Отец часто вглядывался в даль, надеясь на возвращение своего младшего сына. И однажды он увидел его...

Горе отца увидело возвращающегося сына издали. Но старший сын ничего не видел. Все переживания и страдание отца не вызывали в нем сочувствия. Он был сух, черств, лишен братской любви, лишен духовной влаги.

В жизни верующего эта черта духовного облика – результат усыхания духовной влаги, исчезновения Божьей воды. Сочные, полные живых жизненных соков христиане суть те, о которых сказано, что в потоках Слова Божия день и ночь находятся корни их сердец (Пс.2:3). Постоянный ток благодатных вод не дает им превратиться в черствых, сухих людей, лишь формально носящих название детей Божьих.

Старший сын был безразличен к своему заблудшему, погибающему брату. Эту черту характера ничего не видящих, равнодушных, безразличных к погибающим во грехах людям Слово Божие называет «духовной теплотой» (Откр.3:15-17). Есть много таковых среди христиан. Они, по сравнению с язычниками, кажутся христианами, но, по сравнению с христианами, они – язычники. И этого они не видят, об этом они не знают, как не видел и не знал самого себя старший сын, который, по сравнению с блудным сыном, казался хорошим, верным сыном, но на самом деле он был холодным, бездушным эгоистом.

По возвращении своего раскаявшегося брата он открыто проявил свой характер. Перед нами вырисовываются настоящие черты его духовного облика. О нем сказано: «Он осердился». Ап. Иаков говорит: «Гнев человека не творит правды Божией» (1:20). Гнев не творит, а разрушает! Гнев – сатанинская сила, которая так много произвела разрушений среди народа Божьего.

Старший сын остается во дворе, он не желает идти в дом, где веселье и радость. Он недоволен, потому что отец делает не так, как ему хочется. Несмотря на все уговоры отца, он остается вне торжества.

Среди христиан мы нередко видим стоящих вне дома Отца некоторых детей Божьих, не хотящих туда войти. Они приводят множество самых разнообразных отговорок и причин. Но, по большей части, причина одна: не нравится, что местная община делает не так, как они понимают или как им кажется лучше.

В одной общине был брат, который никогда не был в согласии с решениями церкви. Церковь единодушно решает, а он «единогласно» не согласен. Не удивительно, что этот брат, живя вблизи церкви, долгое время там не был, «не хотел войти».

Далее мы видим непокорность старшего сына: он не слушает отца. Непослушание отцу по Ветхому Завету заслуживало смертной казни. Писание называет непокорных Отцу Небесному жестоковыйными. Такой человек не может покорно нести иго Христа. Желающий нести иго Христа, но являющийся упрямым, своенравным, устоять на христианском пути не может, ибо «ученик не больше Учителя», Который «был послушен даже до смерти, и смерти крестной» (Фил.2:8).

Тот, кто проявил непокорность, оказывается и ропотником. Старший сын упрекает своего доброго, любящего отца, ропщет на него. Такая линия в жизни верующего ведет прямо к гибели. Об этом нам ясно говорит Писание (1Кор.10:10). И если в каком-либо братстве детей Божиих окажется хотя бы один ропотник, это братство непременно будет страдать и испытывать скорби. Так часто больной зуб причиняет человеку много хлопот и беспокойства. В конце концов, этот зуб приходится удалять.

Порой встречаются люди очень миловидные, с правильными чертами лица. Но один лишь дефект – например, большое красное пятно на лбу или на щеке – и вся привлекательность исчезает. И таким безобразящим пятном, в духовном отношении, на личности старшего сына является его скупость, гордость и зависть. В ответ на его упреки отец говорит: «Ты всегда со мной; все мое – твое». В доме отца старший сын был полноправным хозяином; он мог в любое время угощать своих друзей, но скупость удерживала его от этого. Он не просто жалеет о потерянном младшим братом богатстве, он возмущается тем, что ему никогда не оказывали такого внимания, какое теперь оказывают его блудному брату.

Ничто так не пятнает и не портит красоты христианского лица, ничто не представляет такого отталкивающего противоречия с жизнью во Христе, как скупость. Так больно, так тяжело видеть такое пятно на лице чада Божьего, тем более, что скупость эта обыкновенно проявляется лишь по отношению к делу Божьему, распространению Евангелия, святому делу миссии. Для себя, для обычных своих плотских нужд ничего не жалко: хватает на женитьбу, еду, питье, на покупки и развлечения. Но как только коснется вопрос дела Господня – нужды миссии, помощь нуждающимся – сейчас же скорбное лицо, тяжелые вздохи, извинения и ссылки на недостатки.

Гордость старшего сына проявляется в его словах к отцу по поводу вернувшегося брата: «этот сын», «сын твой», «с блудницами» – какие гневные, острые, причиняющие боль слова! Он даже не называет его братом. Слишком плох его брат для него, такого «хорошего», «верного», послушного и усердного сына. Ослепленный своей гордостью, он, сам того не замечая, причиняет острую боль своему отцу, который достоин лишь любви, почета и уважения.

Да сохранит нас Господь от фарисейского превозношения своей верностью Господу, своими трудами на Его ниве, от презрения к другому брату, который по слабости или неопытности сделал ошибку или впал в грех!

Наконец, мы видим, что старший сын злопамятен; он не хочет простить своего брата. В сущности, блудный сын и не нуждается в прощении брата, ведь он согрешил против Бога и своего отца. Но старший сын выступает в роли судьи, притом судьи беспощадного, неумолимого.

Таким образом, нарушается заповедь Христа о снисхождении друг ко другу и прощении (Кол.3:13). Мы часто не желаем простить нашего брата: «Как? Да ведь он так виноват передо мной!» А Слово Божие говорит: «снисходя». Значит, надо к нему, виновному, спуститься, снизойти с высоты твоей правоты. Мы охотно готовы «простить» того, кто ни в чем не провинился перед нами, но зато неумолимы и немилосердны по отношению к согрешившим против нас. Или мы, как старший сын, беремся обвинять других, не замечая того, что мы сами не меньше виновны в том, что приносим огорчения Отцу нашему Небесному.

Когда Господь Иисус Христос на последней Своей вечере сказал ученикам маленькое, но выразительное слово о предательстве; когда мысль, что каждый из них может оказаться предателем, словно молния, прорезала их сознание, ученики не стали искать предателя среди других, но каждый из них обратил внимание на самого себя, спрашивая: «Не я ли, Господи?»

Когда перед нами во всей своей неприглядности и уродливости предстал образ старшего сына, когда мы увидели, что такие люди могут быть в среде народа Божьего, не будем искать их вокруг нас, а обратим внимание на самих себя и спросим: «Не я ли, Господи? Не я ли этот старший сын?»

Если это так, то дай, Господь, чтобы эта печаль была искренняя, производящая усердие, покаяние, страх и ревность (2Кор.7:8-11). Эта временная печаль ведет к вечной радости, ибо вновь обновленное, вновь освященное, одухотворенное дитя Божье, сбросив с себя черты «перстного», плотского, черты «старшего сына», преображается в славный образ Божьего Сына, Который явил нам высокий пример того, какими сынами и дочерьми мы должны быть в доме Отца нашего Небесного.

Е. Мазин