НАША НАДЕЖДА

Где-то там, у стен Иерусалима,

Пролегла дорога.

В этот день по ней идут незримо

К колыбели Бога...

Толпами идут и в одиночку

В Вифлеем, к пещере,

Чтобы тихой чудотворной ночью

Утвердиться в вере...

Вот проходят лунною тропою

К пастухам уснувшим,

И горит Рождественской звездою

Снова радость в душах.

Там возносят “Славу Богу в вышних”

Ангелы в сиянье.

И ликует, эту песнь услышав,

Наше мирозданье.

И горит, горит надежда в людях

Два тысячелетья,

Озаряя жизни этой трудность

Незакатным светом.

Мир тебе, земля, и в человеках

Вновь благоволенье.

Он родился, чтобы дать навеки

Гибнущим спасенье.

Где-то там, у стен Иерусалима,

Пролегла дорога...

Я прошу вас, не пройдите мимо

Колыбели Бога!

Темная ночь на землю ложится,

Меркнут лучи уходящего дня,

С гор на долину прохлада струится,

Смолкает за речкою трель соловья.

Гомон и шум городской утихают,

Сладко царит тишина надо всем,

В бархате пышных садов утопая,

Дремлет в нагорной стране Вифлеем,

Стало овечек в долине широкой

Мирно под дубом могучим стоит.

А ветерок на вершине высокой,

Над пастухами листвой шелестит.

Вдруг ослепительно все засияло,

С пеньем явился Божественный хор;

Воинство Ангелов с неба предстало

Пред изумленной гурьбой пастухов.

Слушай, земля, обагренная кровью,

Слушай великий святой манифест!

Слушай с надеждой и пылкой любовью

Эту благую отрадную весть:

«Ныне вам в городе вашем родился

Чудный Младенец, Спаситель земли.

В яслях Он бедных, простых поселился,

Чтоб вы Ему все поклониться могли».

Дивная песнь в неземных переливах

С неба текла, заливая поля,

И утопая в аккордах счастливых,

К жизни святой пробуждалась земля.

Вечная слава великому Богу!

Мир на земле, во Христе благодать!

К небу открыл нам Спаситель дорогу,

Будем вовеки Его прославлять!

Автор неизвестен

         ***

Для бедных мира и калек,

Живущих в темноте,

Спаситель, Богочеловек

Родился в бедноте.

Но нищих Он обогатил,

Голодных накормил,

Отцу заблудших возвратил,

Сирот усыновил.

Он проповедовал любовь,

Нам Сам явил ее.

И нас, потерянных, привел

В наследие Свое.

Рождество! Этот праздник чудесный

Превратился в бездушный кумир.

Украшательством временным, внешним

Обеднили духовный свой мир.

Мишура и шаров позолота,

Фейерверки фантазий, идей...

За вещами шальная охота

Захватила мильоны людей.

Чья-то елка пышней и богаче,

У иных больше блеска, огней...

Позабыли – все было иначе

При рожденье Царя всех царей.

На соломе Он, в яслях убогих,

Как ничтожнейший раб, был рожден...

Божий Сын для отверженных многих

В этот мир как Спаситель пришел.

В этот праздников Праздник чудесный

В христианской вселенской семье

Вторят сердцем той песне небесной:

“Слава в вышних Богу, мир на земле!”

Н. Панченко

Была бы жизнь бессмысленно пуста,

Абсурден путь наш в гроб из колыбели,

Когда бы мы надежды не имели

В конце дороги увидать Христа.

Вы можете не верить: «Бог – не Бог!»

Вы можете смеяться и резвиться;

Но сколько бы веревочке не виться

Мы все пойдем за роковой порог.

Я верю в Суд. Коса скосит траву.

Сомненья не в Судье, а в подсудимом,

В самом себе – родимом и любимом –

Я разбираюсь: так ли я живу?

Нам выбор дан.

И в этом простота...

Подумаем об этом на досуге.

Сегодня. В день Рождения Христа.

О, если б не пришел Христос

И мы б Его не знали,

Мир утопал бы в море слез,

В скорбях, в нужде, в печали.

Была бы жизнь – сплошная ночь,

Владычество кумира,

И счастье б улетело прочь,

И не было бы мира.

Когда б пришлось, как в древний час,

Исполнить все законы,

То были б тысячи без глаз

И без зубов мильоны.

Когда б Спаситель не пришел

Пророком вслед Предтечи,

Никто б покоя не обрел,

Мир был бы искалечен.

Освободиться не могли б

Мы от греховной власти,

И весь бы мир давно погиб

От атомной напасти.

Душа стонала б только: “Ах...”,

Царили бы невежды,

Все умирали бы в грехах,

Без Бога, без надежды.

И не было б церковных зал

В пустыне этой дикой,

Никто бы слова не сказал

О радости великой.

И кто б грехи всем нам простил,

Омыл пречистой кровью,

И кто б заблудших возвратил

В Отцовский дом с любовью?..

Но радуйтесь: родился Бог

В вертепе, в ночь, на сене,

Чтоб всякий, кто желает, мог

Принять Его спасенье.

Явилось чудо из чудес,

Как дивная картина.

Господь Творец, любя, с небес

Прислал любимца Сына.

Пришел Спаситель указать

Нам солнце, жизнь, дорогу,

Чтоб заблудившийся опять

В слезах вернулся к Богу.

Б.И.

ВИФЛЕЕМ

В мире все служит великим целям и планам Божиим. Можно было предполагать, что рождение Господа нашего Иисуса Христа совершится в Назарете, где жили в это время Иосиф и Мария. Но обстоятельства – повеление кесаря Августа сделать перепись – послужили причиной того, что Он родился в городе Вифлееме, далеко от Назарета. Иудейский народ в это время находился под властью Рима. Император Август, управлявший Римской империей, все силы направил на восстановление порядка и на благоустройство финансов своего обширного государства.

Желая знать численность лиц, пригодных для военной службы, и численность жителей провинций, обязанных вносить налоги в государственную казну, он приказал произвести перепись населения. Таких переписей при нем было три. Вторая перепись совпадала как раз со временем рождения нашего Господа Иисуса Христа. Продвигаясь постепенно из провинции в провинцию, перепись дошла и до Иудеи, где царем был Ирод Великий – ставленник Рима.

Зная, что иудеи враждебно относились к переписям, римское правительство дало право Ироду производить ее по своему усмотрению.

Таким образом, перепись в Иудее совершалась по древнееврейскому обычаю, согласно которому, «пошли все записываться, каждый в свой город» (Лук. 2:3), то есть откуда происходил его род.

Так как Иосиф вел свой род от царя Давида, то он должен был записать свое имя в Вифлееме, где родился его великий предок Давид. Зима в Палестине бывает мягкой. Иосиф решил взять с собой и Марию, которая также происходила из рода Давида. Сделав необходимые приготовления, они отправились в путь.

Спустившись со склона горы, на котором приютился Назарет, Иосиф и Мария пересекли долину Ездрилонскую с ее кипучей жизнью. Оставляя слева гору Фавор, они направились на юг, к Изреелю, бывшей столице царя Ахава. Восточнее Изрееля находились Гельвуйские горы, где погиб Саул. Справа путники скоро увидели Дофан с его богатыми пастбищами. Здесь много лет назад братья продали Иосифа в рабство. Потом, мимо богатейших пастбищ, садов и виноградников, дорога привела их в Самарию.

На второй день своего пути, вечером, они достигли Сихема (Сихарь). Этот город находился на половине пути между Иудеей и Галилеей. Но в Сихеме, как и в других самарянских городах, путешественники не остановились. Вековая вражда самарян с иудеями, недружелюбные взгляды, которыми их встречали, делали их пребывание там невозможным. Миновав город, они сделали привал у колодца Иакова. А на следующий день они отправились дальше. Но ни красота долины, ни вершины Гевала и Гаризима не привлекали их взора, так как это была земля самарян. Путники торопились скорее достигнуть священной земли Израиля. Наконец, переход через высоту Акраббим, границу между Самарией и Иудеей, был совершен, и Иосиф и Мария вступили в ее пределы.

Перед их глазами открылись возвышенности, связанные с дорогими воспоминаниями для каждого иудея. Силом приветствовал их первым. Здесь некогда стояла скиния. Здесь Анна просила Господа о даровании ей ребенка. Затем Галгал, где впоследствии ее сын, пророк Самуил, судил Израиль. Затем дорога повела их через долину Бака. Об этой долине писал псалмопевец в Псалме 83:7. Эта дорога вела в город Гофну, мимо Вефиля и мимо Рамы.

На холме, против этого города, возвышался Гаваон, где Соломон совершал свои служения. Через час они прошли Миццех, расположенный на уединенном холме, где Самуил поставил памятник Авен-Езер. И, наконец, дорога привела их к воротам Иерусалима.

Но целью путешествия Иосифа и Марии была не столица Израиля, а Вифлеем. Этот город был расположен в десяти километрах к югу от Иерусалима. Он стоял на склоне довольно крутой горы. С этой горы открывался вид на холмы. На одном из этих холмов находился сильно укрепленный замок Ирода. К востоку за Иорданом, подобно пурпуровой стене, возвышались Моавитские горы. Лучи восходящего и заходящего солнца играли на их вершинах чудесными переливами. Вифлеемская гора со всех сторон была в обрывах. Обрывы спускались большими уступами к долинам. В некоторых местах уступы были покрыты виноградниками, маслинами, смоковницами и гранатовыми яблоками. На маленькой равнине вблизи города находились ячменные поля. Некогда, в древние времена, сюда приходила Руфь, праматерь Давида, собирать колосья, оставшиеся после жатвы. Приближаясь к Вифлеему, Иосиф и Мария шли мимо места, где умерла когда-то Рахиль, любимая жена Иакова. Она была похоронена по дороге в Ефрафу, то есть Вифлеем (Быт. 35:19).

Чтобы попасть в родной город, путникам надо было совершить трудный подъем в гору. Этот подъем был особенно труден в зимнее время. Сильные дожди разрыхляли почву и делали дорогу скользкой. С большим облегчением вздохнули они, достигнув пригородной гостиницы, надеясь там отдохнуть и переночевать. Но гостиница оказалась переполненной народом, прибывшим в Вифлеем на перепись ранее их. Наступила холодная ночь, и, чтобы укрыться от холода, им пришлось расположиться в пещере, прилегавшей к гостинице. Эта пещера была стойлом для домашних животных. Здесь, в убогой обстановке, совершилось величайшее событие в мире: родился наш Господь Иисус Христос. «И родила Сына своего, первенца, и спеленала Его, и положила Его в ясли, потому что не было места в гостинице» (Лук. 2:7). Указ о народной переписи послужил исполнению пророчества Михея (5:2).

С НАМИ БОГ

...Приближалось Рождество. Впервые в своей жизни Андрей не ощущал этих праздничных дней.

Два месяца назад он одел солдатскую шинель, и «тяготы и лишения армейской жизни» стали для него делом повседневным и будничным. Тоска по общению и собраниям пришла быстрее, чем ожидалось. Через неделю нашли Евангелие. Забрали. Каждый день приносил новые переживания и неприятности.

Только вечером, возвратясь из наряда, Андрей вспомнил: «Сегодня же сочельник!» Ему захотелось написать на желтом листке бумаги цитаты из Библии и несколько куплетов из псалмов, которые поют в этот праздничный день. “Вот напишу по памяти несколько стихов и куплетов, помолюсь и прикоснусь духом моим к «тайне благочестия»”, – подумалось ему.

Взяв лист бумаги, он вошел в комнату, где ребята коротали свое свободное время. Пальцы с трудом держали шариковую ручку. Царапины, ссадины и порезы кровоточили и доставляли боль. Голова горела. Он чувствовал, что у него поднялась температура. В правом углу чистого листа бумаги, он вывел: «Рождество-78». Писал он медленно. Ему было трудно сосредоточиться. Из расположения роты слышался гул голосов, долетали обрывки команд, звук работающего телевизора. И этот шум в голове... Сделав усилие над собой, он вспомнил и записал стих из Исаии: «Родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил». Затем еще одно предложение вывел: “Еммануил, что значит: «с нами Бог»”.

Взрыв хохота или очередная команда за дверью не давали Андрею погрузиться в рождественскую атмосферу. Заныла нога, по которой ударил сержант два дня назад. Обхватив руками голову юноша задумался.

– «С нами Бог», – услышал он за спиной. Андрей вскочил и повернулся.

– Это что, сочинение? – сержант взял лист бумаги, еще раз посмотрел, потом скомкал и бросил в урну.

– Тебе, наверное, тяжело сосредоточиться: мало написал, а сидишь уже около часа. Поэтому одевай шинель и на уборку снега.

Чувство безысходности овладело им раньше, чем он вышел из расположения роты. Слезы стояли в глазах, и боль и безнадежность вмиг овладели им. Андрей добрел до участка, который нужно было очистить от снега, и стал работать. Чтобы не замерзнуть, надо было двигаться. Работа заставляла сосредоточиться, а холод подгонял. Остановился он, когда уже почти не было сил, и приятно отметил только сейчас, что работы осталось совсем немного. «Можно передохнуть», – пришла мысль. Поправив шапку, юноша посмотрел в ночное небо. Мириады звезд весело и игриво дарили свой свет людям в ночь Рождества. Кругом стояла тишина. Пушистые ели застыли и, казалось, тоже смотрели в ночное небо, надеясь увидеть что-то особенное. Луч молодого месяца серебрил ветви деревьев и тускло освещал дорогу и лес. Созерцание ночного неба и эта удивительная тишина вдруг вызвали в душе молодого человека благоговение. Он вспомнил детство, свой первый стих на Рождество, который сейчас предстал перед ним от начала до конца. Вспомнил праздничную постановку, в которой принимал участие. Андрей тихо запел «Тихую ночь», затем следующий гимн. Потом ему захотелось представить сочельник в своей церкви. Он мысленно представлял проповедников, делящихся рождественской радостью в собрании, служение хора и лица поющих. Юноша опустился на колени, и из глубины сердца полилась его молитва к Богу. Ночное небо, тишина и играющий луч на мохнатых лапах елей молча слушали разговор молодого солдата с Богом. И никого не было рядом ответить на тихое «аминь».

– Ты что такой счастливый? – услышал Андрей голос сержанта, когда, сняв шинель, зашел в умывальник.

– Так сочельник же сегодня, – ответил он.

– А, я забыл, «с вами Бог».

– C нами Бог, – поправил юноша и добавил: – Радость будет всем людям; а за то, что отправили на уборку снега, большое спасибо; теперь вот праздник у меня в душе. В шуме роты это было невозможно.

– Молился? – спросил сержант. Андрей кивнул головой.

– Завтра будешь мне читать свое Евангелие, а то я пробовал – ничего не понимаю. Ты у меня второй такой.

– Какой?

– Радостный и счастливый после уборки снега в Рождественскую ночь. Может, эта радость и для меня будет когда-то... Ладно, иди спать, а то вся рота спит уже.

Андрей, осторожно ступая, сделал несколько шагов, направляясь на отдых, и вдруг услышал вдогонку приглушенное: «С нами Бог...»

А.С.