НАШИ ДНИ № 1679 от 17 июня 2000 года

НОВАЯ ПАРА БОТИНОК

ОТ РЕДАКЦИИ:

18 июня в США отмечается День Отца,

Мы печатаем сегодня замечательный рассказ, переведенный с англ. Верой Кушнир. Мы рекомендуем прочесть его всем отцам, перед которыми стоит обязанность воспитать своих детей ис­тинными людьми.

Благодарим Веру Кушнир за абсолютно безвозмездное 34-летнее служение читателям нашей газеты.

В редакцию приходили запросы: какой гонорар мы платим за рассказы, стихи,статьи?

Попутно сообщаем, что газета ниому не платила, не платит и не может платить гонорара. "Даром получили - даром давайте", - сказал Христос.

Что касается книг - это дело другое. Книги никто не печатает даром и потому, естественно, на книги определяется цена.   

Когда я был подростком, мне казалось что в жизни нет   ничего важней, чем шагать в ногу со временем и быть во всем похожим на сверстников. Тогда было модно носить легкие кожаные туфли с пряжками и железными набойками на каблуках. Они назывались «пенни лоферс», и любой подросток скорее бы согласился показаться в школе перед товарищами босиком, чем в чем-то старомодном.

Мне было тринадцать лет, и я изо всех сил хотел ничем не отличаться от моих сверстников. Беда была в том, что я только месяц назад купил себе (на деньги отца, конечно) новые ботинки, «оксфорды», а сейчас в моде были «пенни лоферс», но я все же решил обратиться к отцу.

- Мне нужны деньги на покупку «пенни лоферс», - сказал я ему однажды в его авторемонтной мастерской. Он работал над чьей-то машиной, но, увидев меня, оторвался от работы.

- Вилли, твоим ботинкам еще нет месяца! Неужели тебе опять нужны новые ботинки?

- Папа, все теперь носят «лоферсы».

- Может и так, сынок, но мне от этого не легче будет платить.

Заработок отца был мизерным, и его едва хватало на квартирную плату и пропитание семьи, но это не останавливало меня. Желание быть "как все" пересиливало все другие соображения.

- Папа, я выгляжу глупо в своих старомодных «оксфордах».

Отец смотрел на меня, раздумывая о чем-то, потом сказал:

- Вот что я скажу тебе, сынок: походи в этих ботинках еще один день в школе и посмотри на ботинки других ребят. Если ты выглядишь действительно хуже других, я возьму немного денег из маминой суммы на питание, и ты купишь себе новые ботинки.

Наутро я отправился в школу в полной уверенности, что этот день будет моим последним «старомодным» днем. По совету отца, я смотрел на ботинки других ребят, но вовсе не намеривался докладывать ему о том, что я увидел. А увидел я следующее: коричневые и черные ботинки стоптанные и в пятнах кроссовки, каких я ни за что и никогда не надел бы, и даже дырявые, глядя на которые, я удивлялся, каким образом их носители умудряются не промочить ноги в дождь. И только несколько раз моему взору представились блестящие, с железными набойками на каблуках и с пряжками вместо шнурков «пенни лоферс». В коридорах школы их было слышно за версту - в этом и была их прелесть.

Из школы я сразу же побежал в мастерскую отца. Я был убежден, что завтра я буду причислен к модной толпе. Я даже нажимал на свои каблуки в предвкушении завтрашнего цокания моих новеньких «лоферсов».

В мастерской было тихо, и только время от времени стук инструмента отца по металлу нарушал тишину. Отец лежал под стареньким «Шеви». Я с наслаждением вдыхал запах машинного масла, ожидая, пока отец закончит работу.

- Мистер Альва, - обратился я к клиенту, - скоро ли отец закончит ремонт?

- Трудно сказать, Вилли. Сейчас он чинит сцепление, но если попуно найдет еще что-нибудь не в порядке, то непременно починит и то.

Я подошел поближе к машине, думая, что этим ускорю конец работы отца, и вдруг увидел его ботинки. Все, что мне было видно, -это торчавшие из-под машины ноги отца в старых, понршенных ботинках типа тех, какие носят механики и работники газолинок. На левом ботинке давно оторвавшаяся от верха подошва была притянута проволокой. Шнурки были в узлах, и оба ботинка были без каблуков. Там, где когда-то были каблуки, торчали дужкой кривые гвоздики, нарочно загнутые отцом, чтобы они не могли проткнуться и вонзиться в пятки.

- Это ты, сынок? - спросил отец, вылезая из-под машины.

- Да, сэр, - ответил я как можно вежливей.

- Ну, что же ты решил делать?

- Я решил купить «лоферсы», - сказал я, стараясь не глядеть на ботинки отца.

- После работы нужно повезти маму за продуктами, но тебе не нужно ждать, ты можешь хоть сейчас пойти за своими ботинками...

Сказав это, отец протянул мне десятку и начал шарить по карманам, ища мелочь на семипроцентный налог.

Я схватил деньги и помчался в обувной магазин в конце улицы. Там я еще раз посмотрел на витрину, не уценили ли модные «лоферсы», но они все еще были по прежней цене - $9.95. Это означало, что у меня не хватит денег на железные подковки для каблуков. Я решил пойти домой, подождать, пока вернутся родители и попросить у них денег... И вдруг я вспомнил старые ботинки отца, стянутую проволокой подошву, узлы на шнурках и кривые гвоздики вместо каблуков. Ведь он износил свои ботинки, работая на нас, его семью, и никогда ни на что не жаловался! Я понял, что отец обходился без того, что было нужно ему самому, чтобы у меня было больше, чем мне нужно, и вдруг блеск «лоферсов» начал тускнеть в моем сознании.

Что, если бы отец был таким, как я? В каких ботинках расхаживал бы я сегодня?

Я вошел в магазин. На самой задней полке стоял ряд блестящих модных «пенни лоферс», о которых я так мечтал. Я представлял себя идущим в ногу с модой и мысленно слышал цоканье каблуков по коридору школы. Но перед глазами неумолимо вставал отец, неутомимый труженик, отдававший своей семье все. Кому стоило мне подражать: товарищам или отцу?

Недалеко от полки с «лоферсами» лежали ботинки, типа тех, какие носил отец. Они продавались за полцены. Твердой походкой я подошел к этой полке, взял 10-й размер и понес к кассе. Ботинки стоили $6.13! Положив в карман сдачу, я помчался в мастерскую отца. Незаметно положил коробку с ботинками на сиденье его машины и отдал ему сдачу.

- Разве они не стоили $9.95? - спросил отец.

- Они были на распродаже, - сказал я и, взяв со стены веник, начал подметать мастерскую. В пять часов вечера отец дал сигнал кончать, и мы пошли к машине.

Увидав на сиденье коробку, отец открыл ее и замер. Несколько раз он переводил взгляд с ботинок на меня и с меня на ботинки и, наконец, сказал:

- Я думал, что ты хотел купил, «лоферсы».

- Да, я хотел, но...

Я не мог объяснить ему остального. Как мог я сказать ему, что ом оказался для меня тем примером, которому я решил следовать? Или, что в вопросе подражания я решил подражать самому лучшему из всех, что я хотел быть похожим на того, кого Бог сделал моим отцом?..

Отец положил на мое плечо свою усталую, мозолистую руку и понимающе посмотрел мне в глаза. Потом он завел машину, и мы поехали домой, где нас уже ожидала мама.

С англ. Вера Кушнир