New Page 1

НАШИ ДНИ № 1677 от 3 июня 2000 года

БЕСЕДА ВЕРУЮЩЕГО АДВОКАТА С ЕВРЕЕМ

– Разве нужно куда-нибудь идти? – спросил он.

Я серьезным тоном спросил его:

– Когда вы садились в поезд, у вас был билет?

– Конечно, на нем написано – “Нью-Йорк”, туда я и еду.

– Значит, садясь в поезд, вы знали куда едете?

– Разумеется, знал.

– Отлично, вот вы теперь в поезде, идущем в Нью-Йорк, как сказано на вашем билете; а если молния убьет вас, куда пойдет ваша душа?

– Вы хотите сказать, что я попаду в ад?

– Я? Вам? Помилуйте, нет! Я спрашиваю вас. Есть небо, и есть ад. Куда вы пойдете? Бог в небе. Будете вы там?

– Я не знаю ни Бога, ни способа попасть туда.

– Я вижу, – сказал я. – Ну, если вы не знаете, куда пойдете, то скажите, откуда пришли. Если ваше тело создано из праха земного, откуда явились ваша душа и дух? Развились из ила Нильских вод?

– Нет, душа и дух не могли оттуда явиться. Десять минут назад я даже не знал, что у меня есть душа и дух.

– Если ваша душа и дух пришли от Бога, то как они могут вернуться назад, к Богу? – продолжал я.

– Я не знаю.

– Чувствуете ли вы, что ваша душа и дух принадлежат Богу?

Молодой человек вздохнул:

– Я никогда и не думал о Боге.

– Что же вы делали эти двадцать лет?

– Я очень мало размышлял о Боге. Раввины, священники, проповедники, те знают, ну и пусть спорят, есть или нет Бог, это по их части. Я ем, пью, сплю, веду приличный образ жизни, я всегда мечтал иметь семью, хороший дом, деньги. Но я не думал о Боге и о том, что Он имеет какое-то отношение ко мне; я решил не иметь с Ним никакого дела. Но теперь я вижу свою ошибку.

– Я рад, что вы признали это, – сказал я. – Вы не можете обойтись без Бога; все равно: с Ним ли вы, или против Него. Чувствуете вы себя спасённым?

– Нет! – ответил он серьезным тоном.

– Вы сказали в начале нашего разговора, что вас никто не похищал, и что вы живёте дома в полной безопасности, – напомнил я.

– Забудьте об этом, – воскликнул он, – я не понимал, что говорю. Я знаю, что не буду спасен, если сила Божья как-нибудь не поможет. Позвольте, это, оказывается, уже вопрос религии?

– Дa, – oтвeтил я.

– Я никогда прежде не говорил о религии, – засмеялся он, – вот почему я и не понимал вас.

– А если бы вы были религиозным человеком?

– Если бы я был религиозным человеком, я не ел бы свинины, но я ем, – так объяснил он.

– Если это всё, что вы знаете о религии, то я скажу вам, что значит это слово: оно взято от латинского глагола “религио”, связываю, обвязываю, т. е. то, что привязывает, или обвязывает человека перед Богом.

– A мне казалось, что религия – такая же сухая материя, как философия.

Он вынул платок и вытер вспотевший лоб.

– Подождите, вы действительно смутили меня, но я сейчас кое-что вспомнил. Я еврей, а евреи – избранный Богом народ. Раз я еврей, значит, я спасён.

– Вот как! – сказал я. – А к какому колену вы принадлежите?

– Колену? Т.е. племени? – он несказанно изумился. – Я сказал, что я еврей, а не индеец.

– Именно, к какому колену? – настойчиво продолжал я.

– Этого я не могу сказать. Я знаю, что индейцы делятся на племена, но я не думал, что евреи тоже.

– Видите, этот вопрос опять вызывает нечто новое: каждый еврей должен принадлежать к какому-нибудь колену.

– Об этом я тоже ничего не слышал до сих пор. Ну, хорошо, а какие же колена существуют?

Он спросил так, как будто хотел выбрать какое-нибудь колено и присоединиться к нему, как к масонской ложе.

Я перечислил израильские колена.

– Я слышал кое-что о Левии, но о других не знаю ничего.

– Значит, вы принадлежите к этому колену, колену Левия?

– Я уверен, что нет. Я не знаю, к какому колену я принадлежу.

– Если вы не знаете, к какому колену принадлежите, то я не верю, что вы еврей, – решительно сказал я.

– Мой отец еврей, и я также, – возразил он почти с негодованием.

– В таком случае, к какому колену принадлежит ваш отец?

– Он тоже не знает.

– Откуда он родом? – попробовал я помочь ему.

– Из России, – последовал ответ.

– Он, несомненно, потомок русских. В четвертом столетии в России было много еврейских прозелитов, потому что в то время евреи имели там большое влияние и политическую силу. Я не думаю, чтобы вы были потомком Авраама.

– Я – потомок Авраама, – настаивал он.

– Дайте доказательства.

– Но я не могу этого доказать.

– Значит, вы не еврей, – заключил я.

– Это ещё более странно. Я пришёл сюда и сел на своё место, как индивидуальный еврей, а теперь я оказываюсь язычником в трёх частях, так сказать. Я уже начинаю думать, что вы правы. Но скажите мне теперь, кто же вы?

– Я? О, я – еврей.

– Вот как? Ещё лучше! Я думал, что вы язычник, а я еврей, теперь оказывается, что язычник – я, а вы – еврей! Ну, хорошо, теперь я спрошу вас, к какому колену вы принадлежите?

– К колену Иуды, – быстро ответил я.

Он удивился:

– Вы знаете свое колено?

– Каждый из нас знает, – повторил я.

– Какой вы там еврей.

– Я христианин-еврей, – уверял я.

– Таких не существует. Я не верю. Я просто не могу этого переварить. Если вы христианин, то вы христианин, если еврей, то еврей. Нельзя быть христианином и евреем в одно и то же время.

– Но вы только что сказали, что ваш отец приехал из России, кто он теперь ? – спросил я.

– Американец.

– Американец? Как же это случилось?

– Просто: он отправился к судье, присягнул в том, что отныне будет хранить верность Соединенным Штатам и президенту, поддерживать конституцию и повиноваться законам. Судья сказал: «Ол райт, теперь ты – американец», отец подписал свое имя. Вот и все.

– Ну, а дальше? – я хотел знать больше.

– Это и сделало его американцем, или, вернее, русским американцем, – поправился он.

– Правильно. Точно таким путем и я стал христианином-евреем.

– Как же вы натурализовались? Ведь еврейской нации нет?

– Вот где вы ошиблись, – указал я ему. – Евреи имеют Царя. Не слышали о Нем?

– Никогда. В какой газете вы читали? – спросил он шутливо.

– Евреи всегда имели царя, еще со времен Давида; имеют и в настоящее время. Я был рожден язычником, был погибшим гражданином земного царства. Но потом я предстал перед Царем иудеев, отрекся от мирского подданства, от плоти и дьявола и дал обет верности Царю иудеев и обещал соблюдать Его законы; таким путем я и стал евреем.

– Может быть, и так. А кто этот Царь? – спросил он, думая поймать меня на этот раз.

– Его имя – Иисус.

– Я слышал о Нем. Но ведь Он был убит. Его распяли за то, что Он был самозванцем и еретиком; Его убили совершенно по заслугам.

– Он был Сын Божий, пришедший, чтобы исполнить все пророчества о Мессии; Христос – единый истинный Царь, Которого надлежит когда-либо иметь миру. Единый Царь, которого будут иметь евреи. Я принял Его как своего Владыку. Ваш отец был натурализован в американское гражданство, я же более чем натурализован в Царство Божие. Я теперь Его подданный и принадлежу Ему.

– Хорошо, но откуда следует, что вы еврей?

– Я объясню вам, – сказал я.

– Если бы вы и я имели одного отца, мы были бы братьями; если бы вы были евреем, то и я также. Всем тем, которые приняли Его, Иисус дал власть быть детьми Божьими. Я верю Ему, следовательно, я дитя Божие. Иисус – мой старший брат. Он Сын Божий. Он еврей, следовательно, я еврей. Я также сын Авраама по вере.

– Почему вы так думаете? – спросил он.

– В послании к Галатам…

Он смотрел на меня так, как будто не знал, едят ли их сырыми или жареными, он не знал разницы между галатами и шпинатом.

– … в послании к Галатам сказано, что я могу стать сыном Авраама по вере.

Я прочитал ему отрывок из третьей главы послания к Галатам, и он сказал:

– Я вижу, вы правы. Вы еврей, а я язычник. Вы спасены, я погиб. Если наш поезд потерпит крушение и наши тела сплющит так, что нам придется оставить их, вы пойдете к своему Богу, а я нет.

– Конечно, потому что у меня есть билет, я запасся им наперед.

– А я, значит, не пойду к Богу? – спросил он.

– Вы нет. Вы не позаботились об этом; у вас нет билета. Я понимаю теперь, что вы подразумеваете под словом погибнуть. Это, действительно, скверно. Вдруг – трах-тарах... Вы отправляетесь к Богу, а я в противоположном направлении. Но что такое небо? Что такое Бог? Ад?

– Бог есть свет. Отсутствие света есть тьма. Бог есть любовь. Отсутствие любви — гнев и ненависть. Бог есть истина.– Отсутствие истины – неправда. Бог есть милосердие. Отсутствие милосердия – страдание, наказание. Бог есть утешение. Отсутствие утешения – муки и преследование. Бог есть Жизнь, отсутствие жизни есть смерть. Мне кажется, – сказал он, что у вас все положительное, а у меня все отрицательное.

– Да, это правда; сейчас, действительно, вы имеете все отрицательное, а я все положительное. И это страшная картина.

– Вы хотите сказать, что у меня гнев, ненависть, неправда, преследование, муки и что для меня ничего не остается, кроме вечной смерти? – спросил он.

– Хоть и с сожалением, но я должен ответить утвердительно.

– Как же мне получить то, что вы имеете? – спросил он.

– Это старый вопрос, и вы можете получить это тем же старым путем: веруйте в Господа Иисуса Христа. Вы еврей вне закона. Вы должны быть христианином. Это неестественно для еврея не быть христианином. Я был язычник. Ваш народ, евреи, отвергли Господа Иисуса Христа. Он пришел к нам, к язычникам, и мы приняли Его.

– Разве евреи не спасутся? – спросил он.

– Нет, если не будут спасены по благодати, верою во Христа Иисуса. Я был духовно мертвым язычником. Как я стал живым евреем? В Деянии Апостолов 16:31 мы читаем: “Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и дом твой”. Я должен верить в то, что Иисус есть Христос, Мессия. Я обязан верить.

– Для меня будет очень трудно поверить этому, потому что я был научен как раз противоположному. Вы думаете, что я могу верить в это? А если я скажу, что я хороший еврей, честный человек и обладаю всеми приятными качествами культурной личности, разве этого не довольно, чтобы не быть грешником перед Богом, и что Кровь Иисуса не нужна для моего спасения?

– Нет. Если бы ваш отец пришёл к судье и сказал: “Судья, вы очень хороший человек, и я люблю вас. Я также люблю губернатора Нью-Йорка и президента Соединенных Штатов. Я строю библиотеки и даю тысячи долларов на дела благотворительности. Я помогаю всем, как только могу. Я хочу натурализоваться. Мог бы ваш отец стать гражданином на таких условиях? – спросил я.

– Нет, – ответил он.

– А что нужно было сделать вашему отцу, чтобы стать гражданином Соединенных Штатов?

– Ему нужно было отказаться от подданства России и дать присягу на верность Соединенным Штатам.

– А его хороших дел не достаточно?

– Нет, – он отрицательно покачал головой.

– А почему?

– Потому что существует один способ получения гражданских прав, и всякий должен подчиниться ему?

– А может быть, судья принял бы во внимание его добрые дела и сделал бы его гражданином? Неужели у него такие узкие взгляды, нетерпимость?

– Судья не может считаться с личностью. Все должны подчиниться законному пути, а путь один: они должны отказаться от всякой связи с другими странами и присягнуть на верность этой стране. Это не зависит ни от денег, ни от хороших дел.

– Это прекрасно иллюстрирует способ, как стать истинным евреем: если ты исповедаешь устами твоими Господа Иисуса и уверуешь всем сердцем твоим, что Бог воскресил Его из мертвых, спасен будешь.

– Звучит разумно и убедительно, – признал он. – Нужно отречься от старого и принять новое.

– В таком случае, не примете ли вы Его? – предложил я.

– Если я сделаю это, знаете, что со мною случится?

– Скажите.

– Если я скажу отцу и матери: я встретился в поезде с одним человеком, и он убедил меня принять Господа Иисуса, как Искупителя и Царя, они выбросят меня вон из дому, созовут друзей и устроят похороны, как будто я умер.

– Ну, я вижу теперь, что вы, действительно, мертвец. Вы погибли. Ваш отец и мать не могут сделать вас более мертвым, чем вы есть, сколько бы похорон они не устраивали. Но вы могли бы принять Иисуса Христа и родиться снова, новым созданием и сегодня же получить мир Божий в сердце и сознание, что вы спасены. Вы могли бы сказать своим домашним о вашем Христе, и что они также могут спастись, уверовав в Него.

Он был сильно взволнован.

– Почему никто не говорил мне это раньше? Ни я, ни моя семья, мы никогда не слышали об этом. Я не подозревал, что это и есть то Евангелие, о котором вы говорите, я ничего не слышал о нём, и вот, и я погиб, и моя семья погибла.

Поезд был уже у Таймс сквера, и он мне сказал на прощание:

– Я подумаю об этом.

Я ответил, что буду очень рад увидеть его опять, но до сих пор он еще не покаялся. Я надеюсь, что он будет спасен. Он знает путь, он понимает, что иначе погибнет. Он знает, что ни образование, ни деньги, ни культура, ничто не может спасти человека.

А вы читатель? Бог не считается с личностью. Вы спасены?

Если вы чувствуете себя погибшим, сейчдолжен подчиниться ему?