НАШИ ДНИ №1672 29 апреля 2000 г.

СИЛА БОЖИЯ

1Кор.1:18; 2:5

            Мы живём в эпоху научнотех нического прогресса, когда многие проблемы решаются силой человеческого разума и научного подхода. Наш современник пытается применять научно-технические подходы к решению духовных вопросов, надеясь решить их быстро, успешно и навсегда. Сегодня существует огромное число методик и программ, предлагаемых различными христианскими организациями в качестве средства для ускорения процесса духовного развития верующих и роста церквей. Иисус Христос говорил, что Его Церковь, будучи светом и солью, должна оказывать такое мощное влияние на окружающий мир, что даже «врата ада» не способны одолеть её (Мф.16:18–19).

            В чём же состоит её влияние? Какими средствами оно достигается? И что нужно для того, чтобы наша церковь и наша личная христианская жизнь стала оказывать существенное влияние на окружающих людей? Для одних сила Церкви заключается в её приверженности многолетним традициям, которые со временем становятся главным основанием Церкви. Другие, наоборот, видят силу Церкви в динамичном отказе от традиций, веря в то, что новые подходы и методы помогут им построить мост, способный облегчить приход новых людей в Церковь. Третьи привлекают к решению церковных проблем достижения современной науки и психологии. Так, некоторые пасторы для обеспечения роста своих церквей проводят опросы населения, выясняя какой должна быть церковь, чтобы её посещали. Затем, на основании данных опросов создаются церкви, ориентированные на вкус определённого слоя населения. Многие такие церкви очень быстро растут, приводя в изумление весь христианский мир. Сегодня подобные модели захватывают внимание служителей разных уровней, предлагая средства быстрого привлечения душ.

            В действительности мы имеем дело с двумя крайностями. Первая, идущая своими корнями во влияние идеологии Русской православной церкви, представляет собой почти полное игнорирование окружающего мира, сосредоточенное на традиционном литургическом служении. В этом случае центром заботы церкви становится тщательное исполнение всех обычаев «так, как у нас принято». Вторая крайность выражается в попытках активной популяризации Церкви и Благой Вести среди мира. Подобные попытки, несмотря на их видимый успех, обычно приводят к двум негативным результатам. Во-первых, чтобы сделать Евангелие Христово «более приемлемым», его подвергают некоторому изменению. Идеологи данной позиции утверждают, что Евангелие не должно оскорблять чувство собственного достоинства у человека, которому оно преподносится. Такое «Евангелие» ведёт к изменению цели и назначения Церкви Христовой, превращая её из тела Христова в клуб. Тем не менее, данный подход к служению приобретает в последнее время огромную популярность среди церквей различных деноминаций. Многие служители ревностно пытаются применять новые, многообещающие методы. Другие находятся в замешательстве, будучи загипнотизированы цифрами роста «целеустремлённых» церквей и не находя объяснения происходящему.

***

            Подавляющее большинство евангельских верующих признают, что Иисус Христос является Создателем и Главой Церкви, которую Он продолжает созидать и сегодня. Чтобы быть участниками Божественного процесса созидания Церкви, нам необходимо хорошо знать, как и что делает Бог для обеспечения её развития. Не зная Божьих принципов, или не подчиняясь им, мы подвергаемся опасности созидать свою, а не Божью Церковь. Подобные церкви внешне могут быть очень привлекательными и влиятельными, но, к сожалению, они построены на человеческом, а не Христовом влиянии.

            В истории христианства не было более влиятельного и эффективного проповедника и миссионера, чем апостол Павел. Проповедь Евангелия была одной из основных целей его жизни. В течение нескольких десятилетий он, не жалея себя, проповедовал Евангелие в разных странах, создавая церкви. В своём служении апостол язычников был очень жертвенен и самоотвержен. Он был готов отказываться от своих прав и привилегий ради того, чтобы служить инструментом Божьим для спасения погибающих грешников. Об этом он говорил: «Я всем поработил себя, дабы больше приобресть…для всех я сделался всем, чтобы спасти, по крайней мере, некоторых» (1Кор.9:19-22). Павел говорил на языках этих народов, признавал их обычаи и особенности, считался с их культурой, порядками и законами. В то же время, проповедуя Евангелие, он никогда не пытался сделать Благую Весть более лёгкой и приемлемой для своих слушателей. Проповедуя в Коринфе (1Кор.1:19-25), Павел имел дело с двумя основными группами населения – иудеями и греками. Будучи римским гражданином, и в то же время образованным раввином, Павел обладал достаточными знаниями и способностями, чтобы привлечь внимание и приобрести популярность. По современным меркам он обладал всем, чтобы обеспечить влияние и успех Евангелия среди обеих групп. Павел мог творить чудеса – то, что требовали иудеи, и вместе с тем он был достаточно образованным, чтобы добиться успеха среди ищущих мудрости эллинов. Но вместо «построения мостов» для достижения этих влиятельных групп в Коринфе апостол избирает простую проповедь Христа распятого.

            Пытаясь понять причину апостольского подхода к служению, невозможно не обратить внимание на то, что Павел, говоря о своей проповеди в Коринфе, несколько раз подчёркивает, что он проповедовал Христа, «и притом распятого» (1Кор.1:23; 2:2). Распятие, как вид казни, было изобретено в Вавилоне примерно за 700 лет до Рождения Христа. Путём распятия казнили восстававших против власти, отъявленных разбойников и военнопленных. Суть этой казни заключалась в том, что некогда грозного и сильного человека делали перед всем народом беспомощным, страдающим и ни на что не способным. Распятие выставляло человека на всеобщее посмеяние, показывая, что он бессилен, а его идеи недостойны внимания. Нередко перед крестом на глазах у распятого казнили его жену и детей, подчёркивая тем самым его абсолютную неспособность что-либо изменить. Распятие считалось настолько унизительной смертью, что Рим принял решение запретить распинать римских граждан, чтобы этим не унижать саму империю. Именно на таком фоне апостол Павел проповедовал Евангелие в Коринфе.

            С точки зрения современных теорий «максимального влияния», Павлу не стоило бы заострять внимание на распятом Христе, вызывая в народе чувство отвращения. Можно было проповедовать Христа исцеляющего, любящего, учащего и воскресшего. Наконец, можно было говорить о прекрасном учении, оставленном Христом, о силе и привлекательности Христовой церкви и о преимуществах, приобретаемых человеком при принятии Христа. Может быть, Павел проповедовал распятого Христа потому, что у него не было доступа к современным методам психологического воздействия на народ? Или же он просто не знал, что сначала нужно привлечь людей, предоставив им то, что они хотят, а потом «мягко и ненавязчиво» говорить им о Христе, как учат сегодня лидеры движения роста церкви? Казалось бы, что, изменив тон и тактику своей проповеди с учётом психологии своих слушателей, Павлу удалось бы смягчить яростное сопротивление, с которым он столкнулся в Коринфе (Деян.18:6) и в других местах (Деян.13:50; 14:5,19; 16:19-24; 17:5-6,32). Но для Павла сила Евангелия Христова заключалась в самом Христе, а не в достижениях человеческого разума. Христос, а не человек является центром и основой созидания Церкви, поэтому апостол делает всё, чтобы «не упразднить креста Христова».

            Павел прекрасно знал презрительное отношение эллинов и иудеев к распятому Христу, но, несмотря на это, подчёркивал: «А мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Эллинов безумие». Этот самый эффективный миссионер не заискивал перед влиятельными людьми своего времени, пытаясь привлечь их на свою сторону. Задача Павла состояла не в том, чтобы наполнить церковь в Коринфе, а в том, чтобы раскрыть людям реальность Божьего спасения. Апостол знал, что у грешного человека, независимо от его национальности, образования или положения, нет другого выбора, как только смиренно подчинить себя распятому Христу. Павел не хотел «смягчать» Евангелие, делая его более приемлемым. Он понимал, что этим он превратит живое, спасающее Божье откровение в мёртвую человеческую религию.

            Павел любил людей, которым проповедовал. Любил настолько, что посвятил свою жизнь тому, чтобы донести им весть о Христе. И именно эта любовь удерживала от того, чтобы проповедовать людям «упрощённое» или «облегчённое» Евангелие, которое было бы бессильно их спасать. Чтобы не упразднить креста Христова, апостол Павел не стал убеждать народ своей мудростью и искусством риторики (1Кор.1:17; 2:2). Он опасался того,  как бы  основанием веры этих людей не стали его личные способности или человеческая мудрость (1Кор.2:4-5), и поэтому предстаёт перед ними в «немощи, в страхе и в великом трепете» (1Кор.2:3). Когда последний раз вы видели проповедника, который пребывал бы в страхе и трепете перед величием Божьим, осознавая немощь, чтобы дать свободу действия Божьему Слову? В наше время популярный проповедник должен уметь красиво говорить, наполняя свою проповедь шутками и иллюстрациями, иначе он потеряет влияние, и его не будут слушать. Подобный подход ведёт к тому, что церковь наполняется людьми, привлечёнными чем угодно, но не распятым Христом и не Его Словом. Трагедия таких «верующих» заключается в том, что они никогда лично не преклонились в смирении перед распятым Иисусом Христом и потому не способны возрастать в Нём. Не зная истинной жизни во Христе, такие христиане часто становятся жертвой лжеучений и ересей. В результате появляются современные, «полуживые» церкви, которые в лучшем случае представляют собой хорошо отлаженную организацию, держащуюся на какой-либо системе методов, традиций или же на способностях и авторитете лидера. В худшем случае эти церкви становятся больше похожими на религиозный клуб, в котором каждый волен делать то, что он считает правильным и приемлемым для себя.

    Твёрдая и бескомпромиссная проповедь Евангелия Христова в Коринфе не была для апостола Павла исключением. Так, обращаясь к греческим философам в Афинах, Павел, как и в Коринфе, концентрирует свою проповедь на силе Божьей, а не на философской мудрости, которая здесь могла бы показаться уместнее. После короткого вступления он сразу же переходит к главной для этих людей проблеме, показывая, что истинный Бог, Которого он проповедует, не является одним из тех богов, с которыми можно дискутировать и спорить. Бог – Создатель и суверенный Владыка всего (Деян.17:24-25). Павел объяснил этим образованным и влиятельным людям, что Бог не нуждается в их служении Ему, а наоборот, они полностью зависят от Бога (ст.25); что у Бога, как у суверенного Владыки, есть определённый план для них, как и для каждого человека на земле (Деян.17:26-27). В этой проповеди, одной из самых ярких в Новом Завете, нет ни малейшего намёка на то, чтобы Павел заискивал перед своими именитыми слушателями, пытаясь добиться их признания и расположения. Он не нуждался в подобной популярности, потому что проповедуемое им Евангелие было основано не на человеческом признании, а на силе Божьей. Послушайте, с каким авторитетом и ясностью Павел провозглашает: «Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться» (Деян.17:30). Реакция на данную проповедь была неоднозначной. Большинство учёных мужей просто осмеяли апостола. Другие, возможно более воспитанные, извинившись, сослались на то, что у них нет времени слушать его дальше (Деян.17:32). Но для Павла такой исход не был поражением. Отдав всего себя служению Богу и людям, он в смирении сознавал, что окончательный результат его служения зависит от Бога, Который производит Своё возрождающее действие в сердцах людей (Деян.17:34).

Алексей Коломийцев.

(Окончание в сл. номере)